Государственностью и не пахло. Дело в том, что Россия была не абсолютистским, а земским государством! В каждом городе и уезде существовали органы земского самоуправления, обладавшие очень большими полномочиями. Земства представляли огромную силу. Во многом из-за этого города в одночасье то предавались «ворам», то отлагались от них, свергая назначенных воевод. А когда рухнула вся «вертикаль власти», «горизонтали» сохранились, что обеспечило живучесть государства.
Против казаков и поляков стал настраивать народ в Нижнем Новгороде некий Козьма Сухорук, прозванный Мининым, по имени своего отца. Для спасения Отечества ему не требовалось, подобно Жанне д’Арк, сверхъестественными явлениями убеждать кого-либо в своем предназначении. Он был земским старостой, какие и до него и после не раз избирались. И действовал в рамках своих полномочий.
В октябре 1611 года в Нижний пришла очередная грамота Троице-Сергиева монастыря о бедственном состоянии страны и необходимости мобилизовать все силы. Был созван общий сход, где Минин предложил формировать второе ополчение. Получил от «мира» согласие и начал реализовывать принятый «приговор», энергично возглавив сбор средств. Будучи торговцем мясом, из личных сбережений выложил огромную сумму – 500 рублей.
Минин следовал обыкновенному порядку мирской раскладки, по которому «окладчики могли грозить нерадивым и строптивым различными мерами взыскания и имели право просить у воеводы приставов и стрельцов для понуждения ослушников». Некоторые обвиняли Минина в исключительной жестокости и крутости и даже в том, что он «пустил в торг бедняков», т. е. продавал бедняков в рабство… на благо отчизны.
На призыв нижегородцев о сборе ратников первыми откликнулись смоленские дворяне, лишенные своих имений Сигизмундом. Стали искать предводителя – «честного мужа, которому заобычно ратное дело, кто б был в таком деле искусен и который бы в измене не явился». Подходящей кандидатурой явился стольник Пожарский, пользовавшийся безупречной репутацией и лечившийся от раны, полученной от поляков, неподалеку, в своем селе Мугреево. Нижегородцы послали смолян бить челом князю Пожарскому, который вел свой род от седьмого сына великого князя Всеволода Юрьевича Большое Гнездо, князя Ивана Всеволодовича, получившего в 1238 году в удел город Стародуб.
Весь Нижний Новгород встретил князя с великой честью, причем для ополченских дел им было составлено особое от городского управления правительство, которое должно было заменить как московское боярское в осажденном Кремле, так и подмосковное казацкое. Пожарский распорядился об обеспечении ратных людей жалованьем, назначив им от 30 до 50 рублей в год, что по тем временам составляло весьма большие деньги. А при переговорах он поставил необычное условие – дать ему в помощники «посадского человека». Я хотел было написать – «не комиссара ли для контроля?», но читаю у Валерия Евгеньевича: «И сам назвал Минина, чья деловитость и ум ему понравились. То есть выбрал себе толкового
Совместно с ополчением «поганых» уничтожали и изгоняли и «самодеятельные» русские крестьяне, которые повсюду брались за топоры и вилы. Они составляли полчища так называемых «шишей». Зима дала им преимущества. Дороги занесло снегом, конница поляков вязла в сугробах. А шиши налетали из лесных чащ на лыжах, били врага и скрывались. Фуражисты пробивались в голодающую Москву, обоз охраняли 700 человек. Но им нельзя было разводить огня – тотчас, откуда ни возьмись, появлялись шиши, отнимали запасы и быстро исчезали.
А в осажденной столице поляки питались уже кониной, ели ворон и воробьев, падаль. Чтобы продержаться до прихода короля, полковники приказали вывести из тюрем заключенных и пленных и забить на съедение. Потом стали есть своих умерших. Потом – убивать друг друга. Но это после того, как сожрали гулящих девок, отиравшихся при воинстве. Потом принялись за слуг. Даже торговали в открытую человечиной. И здесь страдали в первую очередь бедные и беззащитные. Людей хватали на улицах, заготавливали мясо впрок. Бояр не ели, держали в качестве заложников, поэтому те, недосчитываясь слуг и служанок, вышедших за ворота, сидели по домам в ужасе – как бы и до них не дошла очередь.
И в Китай-городе, и в Кремле освободители столицы увидели жуткие картины загаженных церквей, разграбленных дворцов, обворованных гробниц. И повсюду в жилых помещениях находили чаны с засоленной человечиной, распотрошенные и недоеденные части трупов. В общем, было видно – и впрямь «поганые».
С лета 1612 года и по 1 февраля 1613 года происходил выбор кандидатуры на царский престол. Для избрания нового царя был созван собор. Земский Собор из представителей знатных родов, городов (торговцы, посадские люди)
