В 1982 году умер Суслов, а это означало, что освободилось место второго человека в партии, то есть возможного кандидата на пост Генсека. В многочисленных источниках, иногда явно тенденциозных, авторы внушают читателям мысль, что дорогу к высшему посту государства исподволь прокладывал Юрий Владимирович Андропов, разными способами нейтрализуя возможных конкурентов.
Интерес и загадку представляет время, когда в ходе перестановки руководящих кадров он, выдвиженец из рядов комсомола, успевший поработать в МИДе и послом в Венгрии, где отличился при подавлении контрреволюционного мятежа 1956 года, занял пост председателя Комитета госбезопасности, будучи секретарем ЦК (дело ранее просто немыслимое). Считая главной внутренней задачей борьбу с диссидентами, новый шеф КГБ воссоздал в системе своего ведомства 5-е управление во главе с генерал-майором Ф. Д. Бобковым. Через пятнадцать лет тот переметнется в стан бывших противников и возглавит службу безопасности олигарха Гусинского.
Андропов умело выдавал себя за демократа на словах, на деле же покровительствовал националистам от интеллигенции. В своем учреждении сразу отличился ликвидацией внутренней тюрьмы, куда перевел библиотеку. Приблизил к себе отдельных научных работников. Не без его подачи в системе Академии наук был основан Институт США и Канады, выполнявший также задания госбезопасности и военного руководства. Возглавил его любимый консультант Брежнева, срочно увенчанный лаврами академика Г. А. Арбатов, который взял на должность заведующего сектором получившего некоторую известность трудами по американистике Н. Н. Яковлева. Только много позже стало известно о регулярном общении Андропова и сына маршала артиллерии. Это были «ученые беседы» на тему «Солженицын» например. Яковлев не ограничивался «просвещением» Андропова, он принимал живейшее участие в советской контрпропаганде: в еженедельнике «Голос Родины», органе, курируемом Бобковым, Комитета по культурным связям с соотечественниками за рубежом.
Еще будучи руководителем КГБ, Андропов готовился к роли главы партии и государства, хотя в те времена традиционно считалось, что руководитель службы госбезопасности не имеет шансов стать в ряд высших политических руководителей страны. Начиная с Андропова, это положение изменилось. Но Андропов, хотя и стал с подачи Брежнева кандидатом в члены Политбюро, а с 1973 года и полноправным членом этого высшего руководящего органа, все же оставался «чужим среди своих». Прогрессировавшая болезнь почек заставляла его вести жизнь аскета, придерживаться строгой диеты, а поэтому он оказывался «белой вороной» в среде высших руководителей партии и страны, любивших охоту, застолья и прочие радости жизни. Возможно, если Брежнев и другие члены высшего руководства ощущали себя частицами единого коллектива, то Андропов считал себя личностью более высокого порядка. В душе он, видимо, презирал своих недалеких коллег по Политбюро и ставил себя выше их в интеллектуальном и культурном отношении.
Главным оружием Андропова в борьбе за власть была выборочная борьба с коррупцией в высших эшелонах власти. Он чувствовал, что в обществе, страдавшем от всеобщей коррумпированности власти, существовал запрос на борьбу с этим злом, и потому кое-какие не слишком решительные действия в этом направлении не могли вызывать серьезного неудовольствия в руководстве партии. Наиболее безопасными для Андропова объектами нападения были криминальные структуры в национальных республиках, где система взяток и поборов приобрела поистине всеобъемлющий размах. Для проведения этой своей кампании Андропов нашел идеальных исполнителей – Гейдара Алиева в Азербайджане и Эдуарда Шеварднадзе в Грузии. Эти два ставленника Андропова развернули самый настоящий террор в своих республиках. За короткий период были сняты и отданы под суд сотни руководящих работников Азербайджана и Грузии. Алиев и Шеварднадзе делали карьеру на костях своих жертв. Их успехи не остались незамеченными. В 1969 году Алиев стал первым секретарем ЦК КП Азербайджана, а в 1972 году Шеварднадзе возглавил парторганизацию Грузии.
Разумеется, борьбу будущих «демократических» президентов своих республик за власть ни в коем разе не следует считать борьбой за нравственное очищение общества. Глубинные причины коррупции не устранялись, и новые руководители, пришедшие на место снятых и осужденных, включались в сложившуюся систему, суть которой – бери взятки с нижних и давай соответствующую долю вышестоящим.
Создав себе репутацию непримиримого борца с коррупцией на кампаниях в Азербайджане и в Грузии, Андропов решил применить то же оружие в России. Для начала он попытался свалить такую крупную фигуру, как первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС Медунов. Андропов вынашивал планы добраться и до окружения самого Брежнева.
