– Служи казаку верой и правдой. А ты, Толик, смотри за этим красавцем, ухаживай, как и положено за живым существом».
Ход я оставил для ремонта, а запряг запасной дядьки Лёньки. Так я приобрёл очень хорошего старшего товарища. Ему было уже за семьдесят, он очень хорошо ко мне относился и помогал, как родному. Жена его, тётя Оля Падальцина, также знала меня с ясельного возраста.
Однажды поехал я получать зерно. Зерносклад находился на старой мельнице, рядом была кладовая и ветеринарный пункт. Если чабаны привозили дорезанную овцу, а ветврач признавал её пригодной в пищу, то тушку передавали в кладовую. Я, когда ехал получать зерно, брал с собой бутылки две самогона. С этим приложением у ветврачей или в кладовой я мог купить мяса, да и лишний мешок зерна, а без приложения это получалось не всегда.
В это время в разгаре была борьба с пьянством на государственном уровне. Если водку привозили в магазин, то она расходилась по очень узкому кругу, близкому к продавцам. Маша рассказывала, что и председателя сельского Совета не раз обходили, не продавали водки. Поэтому нужда заставила меня изучить процесс самогоноварения. Получалось неплохо. В станице это самая ходовая валюта, ею можно расплатиться за всё: и огород вспахать и сено привезти, и заскирдовать его. За деньги такое не всегда делали, а за самогон – с удовольствием. Однажды я подъехал к ветлечебнице, оставил лошадь. Выхожу, а участковый шарит рукой в ящике под сеном. Спрашиваю:
– Что ищем?
– Да вот дошли до меня слухи, что ты самогоном торгуешь.
– Нет, уважаемый участковый, нет у меня самогона.
Сел в бричку и поехал на склад. Ещё бы чуть дальше от передка – и нашёл бы он, что искал. Вслед он мне крикнул: «На днях жди в гости».
– Не забудь запастись постановлением на обыск, иначе и во двор не пущу.
Так наша встреча и не состоялась.
Новогодние праздники прошли скучно, но в заботах. К нам в яр никто не пришёл, и мы никуда не пошли. Хозяйство у нас настолько разрослось, что в пору только им и заниматься. Вечером в компании двух самых близких «друзей», телевизора и самогона, отметили наступление нового 1987 года. Я посетовал на отсутствие ёлки. Маша достала из своей сумочки листок и предложила мне послушать стихотворение.
– Нравится?
– Да, Машенька, интересные строчки. Действительно, какой это праздник – Новый год? Если вспомнить историю этого праздника, так его отмечали и первого сентября, и первого марта. Только Пётр Первый установил его первого января, и до сего времени этого не поменяли.
– Толя, жизнь без праздников – сплошная скука. Чтобы жизнь была интересней, разнообразней – нужны эти праздники. Конечно, это всё придумано людьми. Церковные праздники, Рождество, Пасха – это тоже от людей.
– Главное, есть повод поднять стакан и возможность встретиться с другими людьми.
На следующий день брат Витька с дочкой Галиной пришли поздравить нас с Новым годом. Когда мы водрузили на стол трёхлитровую банку с самогоном, Маша предупредила, чтобы мы не забывали, что завтра на работу. Витя сказал, что они отработали две субботы и теперь гуляют четыре дня, до понедельника. А в совхозе не отрабатывали, и мне третьего числа надо было быть на службе. Я успокоил Машу:
– Мы, Машенька, чисто символически.
Братка улыбнулся и молча помотал головой в знак несогласия.
– Вить, ты не согласен? – спросил я.
– Столько самогона и чисто символически? Это что, помочить губы?
– Если больше, то дочка тебя не дотащит до дома.
– Я у родного брата в гостях, имею право и на уголок для отдыха.
– Выпить и отдыхать – есть ли смысл?
– Есть, братка, – и, указывая на стол, сказал: – А вот пить и столько есть – смысла нет.
Хорошо мы посидели в этот день.
В первый рабочий день после праздника директор позвонил мне и предложил зайти к нему в кабинет. На входе я встретился с парторгом. Он как-то галантно сказал:
– Прошу.
В кабинете была незнакомая мне женщина, вся в слезах.
– Анатолий Иванович, у нашей работницы горе, муж умер. Помогите ей с похоронами.
– Не понял, это как?
Директор повысил голос:
– Что – как? В бухгалтерии выписать нужные продукты, транспорт. Да что вы, в самом деле, не знаете, что в этих случаях делают?
– Так вы мне скажите, за чей счёт это всё?
– Вы идите домой и не беспокойтесь, – обратился он к женщине, – мы всё сделаем, как положено.
– Ты юрист или …?
– Я прошу без оскорблений.