— Ради бога, Джейн, все произошло слишком быстро. Конечно, дети расстроились, а чего ты ожидала?
— Я ничуть не расстроена, — буркнула Индиго из-под пледа. — Пусть катится ко всем чертям, если ей это так, блин, необходимо. Мы и сами вырастем. Всё путём. Нечего больше об этом рассусоливать.
Тайлер иронически заметил:
— Ну конечно, ты ничуть не расстроена.
— Заткнись, — рявкнула его сестра.
— Сама заткнись.
— Нет, ты заткнись.
Я, не желая того, громко вздохнула и, когда они оба повернулись ко мне, сказала:
— Ой, извините. Просто я пишу своей маме. Надеюсь чем-то заинтересовать ее, чтобы она захотела встретиться со мной. — Я нервно хохотнула. — Ох уж эти мамы, да? Их поведение оставляет желать лучшего.
Индиго объяснила Тайлеру:
— Нину в раннем детстве удочерили, и теперь она пытается найти свою настоящую мать.
Юноша кивнул.
— Я выяснила, что в восьмидесятые она была знаменитой певицей, — продолжила я.
— Да? И кто она? — Казалось, он и впрямь заинтересовался, а не просто спрашивал из вежливости.
— Ты таких не знаешь, чувак. Она пела в «Лулу и детях звезд», — сообщила Индиго.
— И она была знаменита? — осведомился Тайлер.
— Да, в свое время, — ответила я. — Но ее настоящее имя Фиби. Фиби Луиза Маллен.
— Нина узнала ее имя только вчера, — сообщила Индиго. — И прикинь: монахиня позволила ей взглянуть на свидетельство о рождении, хотя это противозаконно, но она пожалела Нину. И представляешь: оказывается, мать родила Нину в пятнадцать лет. Без обид, но, по-моему, это гадость.
Я опешила. Не думала, что Индиго вовсю грела уши, когда накануне мы с Мелани разговаривали и листали фотографии.
Подростки снова уставились в экраны. В спальне Картер опять повысил голос:
— Нет, нет, мы все знаем, как ты ждала этой возможности, Джейн. Но ты не можешь винить Кайлу за то, что она обиделась. Они ведь еще дети. Мы с тобой договорились. Совместная опека, проживание в одном городе.
— Не хотите прогуляться? — предложила я.
— Не хотите хлебнуть мышьяка? — в тон мне ответил Тайлер, и я не сдержалась и рассмеялась. Он смотрел на меня и тоже чуть посмеивался.
Затем я помогла Индиго встать и размотать плед, и мы втроем проследовали в кухонный уголок. Я достала вилки, и мы встали у разделочного стола и принялись доедать черничный пирог прямо из формы для запекания. Тайлер включил рэп, и он заглушил мучительный для подростков разговор в соседней комнате. Они скребли вилками по металлическому дну формы, отчего у меня сводило зубы.
— Нет, ну правда, Тайлер. Без дураков. Разве отец может заботиться о нас? — обратилась Индиго к брату. — Готовит он ужасно, стирать не умеет; он даже вряд ли догадывается о том, что нам нужны свои комнаты.
— Почему ты всегда так сурова к нему? — поинтересовался Тайлер. — Он лучший на свете, самый заботливый отец, и здорово будет жить с ним. Все устроится хорошо.
— Это отстой. Почему мама не захотела взять меня с собой на ферму? Я бы поехала не задумываясь.
Я поставила форму от пирога в раковину и выглянула в окно.
— Ты бы поехала на ферму? — Тайлер засмеялся. — Не выдумывай. Ты бы там и дня не протянула. Заштатный городок, люди, которые никогда никуда не выезжали. Ты что, собралась стать волонтером? Хочешь крутить свиньям хвосты под предлогом личностного развития? Думаешь, там кому-то понравятся твои армейские ботинки и фиолетовые волосы? Ты бы стала там изгоем.
— Я и здесь изгой, придурок. Никто меня не любит.
К моему удивлению, Тайлера это заявление тронуло.
— Это неправда. В старшей школе все думают, что их никто не любит. И к тому же у тебя есть Майя. Одной лучшей подруги вполне достаточно.
— Неправда? У меня есть доказательства. Посмотри хотя бы на мою страницу в «Фейсбуке». А Майя водится со мной только потому, что она новенькая и еще не успела завести других друзей. Как только она поймет, что ей необязательно зависать со мной, то бросит меня. Поверь мне, меня в классе ненавидят. Никто ни разу не лайкнул мои фотки в «Инстаграме». Что я только там не размещаю, и ни одного комментария. Ни от кого! Знаешь, как мне из-за этого хреново?
— Тоже мне, трагедия! Ты принимаешь всю эту чепуху слишком близко к сердцу, — возразил Тайлер. — Школа, конечно, это не сахар, но и уехать в Виргинию — тоже не выход. Все дело в тебе самой. Не надо требовать от людей слишком много.
— Я хорошо отношусь к людям. Но почему-то никто не относится хорошо ко мне.
— Начни с того, что поддержи отца. Как только тебе что-то надо, он бросает все дела и мчится к тебе. Разуй глаза: он тебя обожает.
— Тебе легко говорить. Тебя все любят. К тому же в следующем году ты уезжаешь в колледж, и у тебя есть собственная машина. Знаешь, сколько раз отец забывал отвезти меня к психотерапевту? Три! Вот и подумай.
Я прислонилась лбом к оконному стеклу. Значит, она посещает психотерапевта. Возможно, это хорошо. Мне так многому придется научиться! Если я это выдержу, все сложится успешно. Я никак не могла привыкнуть к тому, что порой Индиго вела себя как взрослая тридцатилетняя женщина, а в следующую секунду превращалась в капризного ребенка.
