— А я тебе кое-что принесла. — Нина стала копаться в сумочке, и Линди увидела, что у нее там бардак: на пол попеременно вываливались листы бумаги, компакт-диски, кошелек, распухший от монет, щетка для волос, флакончики блеска для губ, тушь для ресниц. К ужасу Линди, Нина носком сапог — тех сапог, которые только что ходили по улице! — подталкивала к себе предметы, чтобы удобнее было их поднять. При виде такой беспечности у Линди глаза на лоб полезли. Ей пришлось сцепить пальцы и на мгновение закрыть глаза.
Нина наконец извлекла из сумочки то, что искала.
— Это энергетический батончик и витаминизированная вода, — объяснила она. — Полагаю, ты очень занята на работе и тебе чаще всего некогда поесть.
— Да. Спасибо. — Линди нерешительно взяла подарки. — Ты что-то хотела мне сказать?
— Я выяснила имя нашей матери.
К лицу Линди прилила кровь. Начинается. Именно в этом и заключалась проблема. Она пыталась гнать от себя подобные мысли. Что, если их родной матерью окажется кто-то из ее знакомых? Что, если те жуткие обстоятельства, которые привели к тому, что ее сдали в приют, теперь навсегда поселятся в ее жизни и в ее голове и все разрушат?
— Послушай, я…
— Понимаю, понимаю. Прости, что надоедаю тебе.
Линди зажмурилась.
— Можно я только скажу тебе то, что хотела? Пожалуйста.
— Хорошо, — сквозь стиснутые зубы произнесла Линди. — Только быстро.
— После того как ты вышла из кабинета сестры Жермен, она — обещай, что никому не скажешь, — оставила меня одну с нашими документами. Сказала, что выйдет на десять минут, и выразительно на меня посмотрела, подняв брови, словно говорила: «Понимаете, на что я намекаю?» И как только она ушла, я открыла папку. Там лежали наши свидетельства о рождении! Настоящие. У меня было достаточно времени, чтобы прочитать оба. Ты уже в курсе, что тебя звали Куколка, но знаешь, как звали меня? Кэт. Можешь ты в это поверить? Даже не Кэтрин. Просто Кэт.
Линди хмыкнула.
— Наша мать — Фиби Луиза Маллен. Но ни в одном свидетельстве не указано имя отца.
— Вот и хорошо. Мне все равно, кто он.
— Конечно. Но я пробила нашу мать по «Гуглу», и оказалось, она живет в Бруклине. И представляешь, она некоторое время была знаменитостью — пела в женской группе под названием «Лулу и дети звезд». Ты когда-нибудь слышала о них?
Не глядя на Нину, Линди начала выравнивать бумаги на столе.
— Нет. Никогда не слышала о… «Люси и что там еще».
Нина засмеялась:
— «Лулу и дети звезд». Я тоже до сих пор о них ничего не знала. Это так странно, правда? Удивительно, что эта женщина существует где-то в мире, и что после того, как она нас бросила, у нее была насыщенная жизнь, и что с помощью современной техники мы можем ее увидеть. Она есть на «Ютубе». — Нина вытянула вперед свои длинные ноги. На плотно облегающих джинсах имелась модная прореха прямо на бедре. Она улыбнулась Линди, сияя карими глазами. — Она похожа на нас.
— Я не хочу ее знать. Говорю тебе: не хочу…
— Но это же так интересно! Ты правда не хочешь увидеть свою знаменитую мать танцующей и поющей на сцене? — Нина достала телефон, нажала на какие-то кнопки, и из него раздалась дребезжащая музыка. Тогда она положила мобильник на стол.
— Напрасно стараешься, — упорствовала Линди. У нее заболела голова. — Это не заставит меня знакомиться с ней. Раз она была знаменита, то все обстоит еще хуже. Ей просто было на нас наплевать.
— Ладно. Ты права. — Нина выключила телефон. — Я подумала, если ты ее увидишь, то, может быть, перестанешь на нее злиться.
— Ты не поняла. Я ни капли не злюсь на нее. Она мне безразлична. Я не желаю ничего о ней знать.
— Хорошо. — Нина оглядела кабинет. — Нет, эта комната просто превосходна! Не могу налюбоваться. Давно ты здесь работаешь?
Линди выдержала долгую паузу и потом ответила:
— Четыре года.
Нина улыбнулась ей:
— То есть Хлоя была еще совсем малышкой, когда ты устроилась тут? Это очень мило.
— Спасибо, — проговорила Линди.
— Ой, еще кое-что, — продолжила Нина. — Вышло так, что я обрела… что я тоже пытаюсь войти в семью. Как ты мне посоветовала. Извини! Я делаю это не потому, что ты так сказала, но… я переезжаю к тому мужчине.
— К какому мужчине?
— Ну, помнишь? Я рассказывала тебе, что встречаюсь с одним человеком. Ты еще посоветовала мне выйти за него замуж, и это был очень, очень хороший совет, я серьезно раздумываю над этим. Его бывшая жена умчалась, видимо, спасать мир с помощью кудрявой капусты и других органических овощей, а он остался с детьми, вот я и переезжаю к нему, чтобы помочь.
— Постой. Переезжаешь, чтобы помочь? Насколько я помню, ты встречаешься с ним всего несколько недель. Почему ты не предложила просто иногда помогать с приготовлением пищи? Разве это не лучше?
«И бывают же такие бестолковые люди, — подумала Линди. — По этой чудачке психоаналитик плачет».
К ее удивлению, Нина рассмеялась:
— Ну нет, я переезжаю не просто, чтобы помогать, — это было бы черт знает что, правда? На самом деле я люблю его, и мы хотим посмотреть, ну, получится ли у нас совместная жизнь. Можем ли мы стать семьей. Понимаешь?
Линди покачала головой. Эта женщина ее безумно утомляла.
