— Что за взрослые темы ты имеешь в виду — мир во всем мире и изменение климата или секс-игрушки и порнофильмы? — Джефф засмеялся низким озорным смехом, как раньше, и Линди даже приободрилась.
За окном шел снег, и вид тяжелых белых хлопьев не вызвал у Линди, как обычно, чувства усталости и досады на бесконечную зиму; напротив, она ощутила прилив сил и преисполнилась надеждой. Мягкое одеяло мартовского снега покроет серый ландшафт, а семейная жизнь Линди и Джеффа наладится благодаря совместно проведенному вечеру, нескольким бокалам вина, свечам и задушевному разговору. Она наконец завладеет вниманием мужа и расскажет ему о несносной и надоедливой Нине, страсть которой найти семью иногда пугает, но одновременно и восхищает. Может, он даже проведет под скатертью ее рукой по своему бедру, как однажды, когда они еще только встречались, и, возможно, они повторят то, что случилось в тот давний вечер: не доев свой ужин, сорвутся из ресторана и займутся любовью в машине.
На фоне снежного пейзажа ярко освещенная школа выглядела нарядно. Классы были празднично украшены, родители собрались в столовой, служившей также актовым залом, потягивали сидр, ели сахарное печенье, а на сцене Хизер Квинлен говорила о том, как
— Бог ты мой, да в ней пропала актриса, — шепнула соседке Карли Макдональд, и Линди улыбнулась. — Почему она всегда переигрывает?
— А мне она нравится, — ответила Линди. — Кстати, Карли, познакомьтесь, это мой муж Джефф.
Джефф выглядел, как всегда на подобных мероприятиях, весьма импозантно. Улыбаясь, он сделал изящный поклон и пожал Карли руку, а когда Карли заметила, какая у него замечательная жена, просиял и кивнул, словно говорил: я тоже так считаю. Тут подошли несколько учителей подготовишек, стали расточать комплименты наряду Линди и пообещали, что теперь, когда уже почти наступила весна, обязательно придут к ней сделать прическу. Кто-то поблагодарил ее за организацию завтрака в честь учителей, и все стали ворковать о том, что это был лучший утренник за всю историю школы. Какая это была блестящая, изумительная идея — пригласить для них гитариста. А наборы средств для волос, которые они получили в подарок, — просто прелесть!
Затем пришло время Линди произносить свою речь. Поднимаясь на сцену, она волновалась, но насчитала семь ступеней (счастливое число!) и совершенно успокоилась, взглянув на улыбающуюся толпу, состоявшую сплошь из ее друзей. Наконец-то она стала здесь своей.
После выступления Джефф, сияя, стоял рядом с женой, а к ней по очереди подходили люди. Она ощущала крепкое плечо мужа; вероятно, он поразился, узнав, что она здесь всеобщая любимица. Линди, всегда такая робкая и застенчивая, сейчас была центром всеобщего внимания. Она чувствовала, что раскрепощается, улыбка ее становилась искренней. Когда они беседовали с учительницей Хлои, Джефф просто светился — Линди давно не видела его таким счастливым. По сравнению с другими мужчинами он был неотразим, а когда втиснулся за крошечный детский столик, смотрелся пленительно. Потом он стал восхищаться вывешенными на доске рисунками Хлои, и Линди чуть не растаяла. Затем ей почудилось, что она плывет под потолком и, прищурившись, наблюдает, как красавец-отец слегка касается рукой локтя жены, как оба они склоняются друг к другу, любуясь творчеством дочери, счастливые, что сотворили такое замечательное дитя. И учительница тоже была очарована им, его добродушной улыбкой, изумительным глубоким смехом.
Позже, по пути в ресторан, Линди поинтересовалась:
— Не пожалел, что пропустил сегодня ракетбол?
— Шутишь? Что может быть лучше, чем потусоваться среди фанатов Линди Макинтайр? — поддразнил ее муж.
Они проехали по заснеженным улицам и припарковались около «Иль Форно», где отмечали последнюю годовщину свадьбы. Линди подошла по снегу к дверям ресторана, и Джефф взял ее за руку.
