Описанные в «Пьесе в стихах» события происходили в конце января – начале февраля, а 12 марта произведение было написано. Его машинописную копию И. Стеблин-Каменский послал в Москву Леониду Черткову с такой припиской: «Дорогой Леня! Может быть, тебе будет небезынтересно прочесть эту небольшую пьесу о нашей веселой жизни в Москве. Она была написана мною на лекции по истории партии во время приступа необычайной тоски по родной столице. Мы с Мареком собираемся нанести вам визит в ближайшее время. Привет от Дуси, Леши и Марека. Ждем тебя в Ленинграде» [84].
Возможно, зарисовка быта ленинградской богемы середины шестидесятых осталась бы лишь незначительным эпизодом литературной биографии И. Стеблин-Каменского. Однако за «Пьесой в стихах» последовало в том же году еще четыре, а также написанная совместно с А. Хвостенко пьеса «Который здесь». В этих произведениях имеются отсылки к «Пьесе в стихах», «прорастают» некоторые из названных в ней имен, в частности, А. Введенского и Л. Черткова. Так, во второй по счету «Пьесе в нескольких действиях с прологом и эпилогом» содержатся аллюзии на пьесу А. Введенского «Куприянов и Наташа». Герои первого действия «Он» и «Она», одержимые страхом смерти, лежат в разных концах тахты, разговорами о сексе заменяют половой акт, что можно рассматривать как словесную мастурбацию, а затем расстаются. В «Серьезной пьесе» содержится неточная цитата из «Элегии» А. Введенского: «держа на смерть равненье» [85]. Напомним, у Введенского «На смерть! На смерть! держи равненье»[86].
Чертков из «Пьесы в стихах» превращается в третьей по счету «Сюеси-пьити» в «Баснописца». Л. Чертков действительно писал басни, известные Стеблин-Каменскому. В «Сюеси-пьити» драматург приводит три басни «Баснописца», построенные по модели четверостишия Л. Черткова с присовокуплением двух строчек «морали».
У Черткова:
У Стеблин-Каменского:
В совместной с А. Хвостенко пьесе «Который здесь» содержатся отсылки к первой «Пьесе в стихах». Так открывающий произведение монолог героя-хулигана начинается словами «Я держу в кармане нож»[89] – аллюзией на строчку «у него в кармане нож»[90] из «Пьесы в стихах», а слова хора: «Если надо бить посуду»[91] отсылают к уже цитированным словам Черткова: «Ваня, перестань бить посуду»[92].
Все пьесы Стеблин-Каменский охотно показывал друзьям. Мракедию «Вороны» он прочел в московском салоне подруги Д. Хармса Алисы Ивановны Порет. С художницей его познакомил Л. Чертков. Эта пьеса и «Сюеса-пьита» были опубликованы в 1986 г. в журнале «Эхо» № 14, издававшемся в Париже под редакцией А. Хвостенко и В. Марамзина. После 1965 г. И. Стеблин-Каменский писал пьесы только по случаю семейных и археологических торжеств. Его произведения в этом жанре пользовались большим успехом в Пенджекентской и Саяно-Тувинской экспедициях. Основной корпус пьес, так же, как и поэтического наследия И. Стеблин-Каменского, вышел к семидесятилетию автора в 2015 г. в Петербурге в издательстве «Петербургское Востоковедение». В заключение отмечу, что драматургия А. Хвостенко, общение с которым в 1965–1966 гг. было весьма интенсивным, на наш взгляд, не оказала существенного воздействия на пьесы И. Стеблин-Каменского. Одно из отличий их подходов состояло, по мнению последнего, в том, что А. Хвостенко писал статические вещи, в то время как он уделял внимание развитию сюжета [93].