С чего начинается Деликатес полностью

Лекарей её слова встревожили не на шутку. Они принялись рассказывать Бабе, как ей тут будет хорошо и радостно, как её будут кормить-поить-опекать, то есть начали всячески рекламировать пациентке свою Больничную долину. Но больница всё же больница: режим, микстуры, процедуры будь добр принимать по расписанию. Бабе вовсе не хотелось лечить болезнь, которая по человечьим меркам и не болезнь вовсе, а обычное человеческое состояние — беспокойство, тем более сидеть из-за него в пещерном карантине.

— Почему мне-то гулять нельзя? Чем провинилась? Думаете, тоже ящуром заразилась? — уточнила она.

— А вдруг? Люди ящур людям не разносят и от него не мрут. Поболеют немного и вылечиваются. Дракона могут заразить, только если с ним от одного куска кусать будут: драконы, они по части ящура слабые.

— Тогда почему мне гулять нельзя?

— По указанию. Мы вам его открыть не можем, — ответили эскулапы.

— Ох, и церемонные же вы птицы! Ладно. Селите меня поближе к Сейлу, раз такое дело. Буду болящего своей верой в его живость заражать. Мне он живой очень нужен сейчас, так что буду тужиться изо всех сил, чтоб в него верить! — решила Баба.

— А не сбежите? — уточнили лекари.

— Зуб даю! Третий слева, снизу, — ответила Баба уверенно, зная, чей зуб имеет в виду на самом деле.

Драконы ей тут же поверили, до Гоши препроводили, а дальше уж на нём в инфекционное отделение. В её индивидуальной палате-пещере были все удобства: персональный термальный источник, дыра в стене для света и воздуха, мягкое сено и даже большой ночной горшок — творение рук человеческих.

Для начала пациентка примерилась к дыре в стене: пролезет ли, подойдёт ли отверстие для побега. Маловата дыра, не протиснуться. Да и за «окном» оказался обрыв, так что совсем не вариант для освобождения. Выглянула из завешенного шкурами входа в коридор. В тоннелях темень и никого. Где-то вдали голоса обсуждают назначения. Осмелела, пошла на ощупь бродить, выход искать. То и дело натыкалась на занавеси из шкур, прислушивалась, что за ними творится. Видимо, больничные палаты: сопят там и порыкивают. Тихонько отодвигала шкуры, подглядывала: в одной дрых Юрий-юрист; в другой — банкир Ден; в третьей — Гоша-таксист. Знакомые всё морды.

— Вы что тут делаете, уважаемая? — вдруг услышала она над собой тихий сердитый голос.

— Ищу кого-нибудь из лекарей, вопрос задать, — не растерялась Баба.

— У нас тихий час. Не тревожьте пациентов. Закончится — будете бродить, а пока спать надо, — ответил ей шёпотом совсем молоденький одноглавый эскулап. — Какие у вас вопросы?

Баба потребовала себе кружку, покрывало и лопухов, чем поставила лекаря в тупик: в стандартном наборе госпитализированного дракона такие аксессуары не предусмотрены. Но лекарь заказ принял и обещал разобраться.

— Как я узнаю, что тихий час закончился? — спросила Баба, когда он проводил её до палаты.

— Мы покричим, — ответил вежливо эскулап и удалился.

Баба вернулась в свою пещеру и покорно улеглась на душистое сено. Временно покорно. Раз после тихого часа можно бродить, то она найдёт выход и сбежит отсюда, не сегодня, так завтра! Скоро вдалеке прокричали: «Тихий час исчерпан!» На полдник ей подали ягоды и орехи, принесли стопку свежесорванных лопухов. Она слышала, что за шкурой ворчали: «Нанесло же нам дракона-человека. Наших-то кормить надо раз в неделю, а эту — почти как драконёнка, аж четыре раза на дню, да ещё кружки с тряпками ей подай!»

«Ничего, птички, скоро я избавлю вас от неудобного дракона-пациента. Не люблю казённые дома — мне воля нужна. Дайте только выход найти», — жуя ежевику думала Баба. По свету надо было успеть оглядеться по сторонам. Теперь к людям ей пути нет, но и в Драконьих Горах можно жить, она уже пробовала. Побродит по лесам, пока суть да дело, а через месяцок, когда всё станет ясно и карантин пройдёт, вернётся к драконам, попросит убежища и вид на жительство. Если тут посоветоваться не с кем, то думать приходится одной своей Бабьей головой. Сидеть в пещере сиднем ей невмоготу: от этого беспокойство не лечится, а лишь множится!

Поела, умылась тёплой солоноватой водой. Захотелось пить. Из термального-то источника воды не напиться — гадость солёная! Пошла по коридорам вроде как опять с вопросом «где воды чистой взять», а сама всё выход ищет, и таки нашла. Огромный ход наружу без вахтёров, без решёток и запоров — иди не хочу. Баба шаг на волю сделала, осмотрелась: небольшая площадка для приземления у самого входа, дальше кругом заросли ежевики и малины плотной стеной. Ух… Издерётся вся, когда бежать будет. И вдруг кто-то сзади затрубил таким громогласным басом, что земля содрогнулась:

— Бежать без крыльев сложно.