С чего начинается Деликатес полностью

Баба, предвидя ответ Совета мудрых лекарей, залилась горючими слезами. Расчехлили драконы гильотину! Уж лучше б не благодарили вовсе, лишь бы не слышать всего этого! Мудрейшие, как назло, совещались долго, и она уже хотела было сбежать вниз, но интерны остановили. Наконец, зазвучал голос Эскулапа. Баба заткнула пальцами уши, чтобы его не слышать, но всё равно разобрала каждое слово.

— Мы приняли решение. Висящая в тряпице голова без сознания лучше, чем её отсутствие. Пусть пока повисит. Бред её слушайте, в бреду пациенты много нужного им для здоровья говорят. И Сейла переводите в обычную палату, довольно ему в боксе место занимать. Его ящур позади. Головная слабость — последствие ящура. Пройдёт. Ждём её возвращения. Сейла кормим усиленно.

— Благодарим мудрейших за вердикты, приступаем к исполнению! — ответили интерны хором.

— Дели, твои руки теперь очень понадобятся для перевязок. Поможешь? — спросил Эскулап из пещеры.

— Помогу, — угрюмо ответила Баба.

Хотя ответ про голову Сейла её неожиданно порадовал, но за Поля и Гошу она очень беспокоилась. Совет закончился; судя по тяжёлым шагам и шуршанию чешуи, драконы ушли глубоко в пещеру. Баба пыталась вспомнить, какой же интерн её привёл сюда, но отличить их по-прежнему не могла, поэтому обратилась ко всем четверым:

— Предупреждать же надо, уважаемые, куда ведёте! Я бы подготовилась, настроилась, покрывало тёплое припасла опять же… — сказала обиженно Баба.

— В курсе «Как ведут себя люди» говорится, что если человека предупредить об ожидающих его сложностях, то он испугается и постарается от них сбежать. Мы побоялись, что вы вообще не придёте, если скажем заранее, о чём пойдёт речь, — пояснил один из интернов.

— Так и есть. Человек постарается избежать трудностей. Мне кажется, если ёжика или дракона предупредить заранее, то и они постараются, — обиделась Баба.

— Предмета «Поведение ёжиков» нет в нашей программе, и за них мы отвечать не можем. А вот Дракон примет трудность и постарается её поскорее пройти. «Чем с большим числом трудностей справляешься, тем умнее становишься» — так драконы думают. У нас даже зачёт по трудностям есть, — серьёзно ответил ей интерн, недоумевая, по какой неизвестной логике драконы в голове Бабы вдруг очутились в одном ряду с ёжиками.

— Тогда расскажите мне, любители трудностей, как вы меня отсюда спускать собираетесь? — уточнила дрожащая Баба, глядя вниз, на почти отвесную стену, по которой она вскарабкалась.

— Какая тут есть трудность? — спросил другой интерн. — Надо идти той же дорогой, что пришли, и всё.

— Что говорится в «Поведении человека» о том, что люди вверх умеют лезть лучше, чем слезать? — уточнила Баба.

— Ничего не говорится, — признались будущие эскулапы.

— Или вы двоечники. Подумайте своими единственными головами! Я, когда вверх лезу, могу глазами видеть, за что мне цепляться и как удержаться. Вижу свой путь вперёд, говоря премудростями. А на пятках-то у меня глаз нет! Вот вам и трудность для зачёта, — пояснила Баба.

— Так вы развернитесь и спускайтесь головой вниз, — серьёзно предложил ей интерн, и поняла Баба, что её предыдущие восторги от их познаний связаны были исключительно с наличием чуть выше Пещеры Мудрости, в которую молодёжь гоняла за правильными ответами. Сами они пока глупы и зелены, словно неспелые ранетки.

— Я ж не ящерица вам! Не могу я вниз головой! У людей строение другое. Учите матчасть!

Видимо, за наличие рук и ног с пальчиками будущие лекари считали людей очень на ящериц похожими, и заявление Бабы стало для них откровением. Но интерны не растерялись, тут же организовали консилиум, на котором постановили: заявить внесение дополнений в программу обучения будущих эскулапов, изменив тему «Отличие людей от лягушек» на «Отличие людей от лягушек и ящериц»; для транспортировки Бабы вниз применить детские носилки для переноса травмированных драконят.

«А что, так можно было?» — подумала Баба, вспоминая свой утренний нелёгкий подъём, но решила не уподобляться юристу и прения по этому вопросу для экономии времени не открывать.

Самый шустрый из интернов быстрёхонько метнулся вниз и притащил большую грубую сеть, которая и оказалась носилками для драконят. Баба в ней устроилась будто в гамаке, и два интерна спустили её с горы словно рюмочку хрустальную. Страшновато и холодно было лететь в раскачивающейся авоське, да ещё всё время чудилось, что верёвки развяжутся и вывалится Баба прямо в пропасть. В зубах у Сейла было надёжнее. В корове было противнее. Про Гошино Драко-такси лучше не вспоминать. «Всё-таки немножко соображают, хвостатые недоэскулапы», — признала Баба, разглядывая сбитые о скалы пальцы, которые нужно было беречь для будущих перевязок.