На детский восторг мастера дева ответила чистым, радостным и совсем не язвительным смехом, от которого повеселели все, кто понимал по-ахейски, включая самого Арга.
– Ты сомневался, что боги живые? Позволь мне, мастер, все же…, – говорила она все еще сквозь этот смех, отпуская его умелые руки, – позволь мне поговорить со всеми.
С этого момента ее речь понимал каждый, причем, на том языке, который был ему ближе. Троянцы, аргонавты, долоны и землеродные начали собираться перед Афиной полукругом.
– Послушайте меня все, – начала богиня, – многие из вас наслышаны обо мне через Геракла и Арга. Например ты, о мужественный Ид, или ты, о многострадальная Аталанта или ты, о вещий Мероп. Многие…
– А я? – перебил Афину обиженный голос рыжеволосого кифареда.
– Ну конечно, и ты, о сладкоголосый Орфей, – ответила она с улыбкой сыну Эагра. – Я не хотела тебя обидеть. Просто, перечислять всех было бы слишком долго. Так вот, многие из вас слышали обо мне, многими же сейчас владеет странное чувство: «Кто же эта женщина, одевшая на себя кованую медь и пытающаяся тут говорить перед нами?» – так вполне справедливо спрашиваете вы себя.
– Неужели ты и есть богиня этой горы, богиня Диндима? Мы знаем тебя совсем иной, – выпалила почему-то уверенная в своей правоте предводительница землеродных. На удивление ее вопрос тоже поняли все и, как и речь Афины, каждый на родном для себя языке.
– Нет, Гарпалика… Ты права только в той части, что я – богиня. А вот избранный первым среди аргонавтов Геракл назовет тебе еще несколько гор, где он видел меня точно в таком же обличье. А, к примеру, Арг прекрасно помнит меня под горой на ровном морском берегу. Правда, мастер?
– Да. Только ты всегда от меня убегала, – ответил сын Арестора, – да так, что я в самом деле не знал, ты ли это на самом деле.
– Конечно, – рассмеялась снова богиня. – Вы знаете, друзья, что сделал Арг, увидев меня впервые? Он приказал охранять строящегося Арго ночью, словно я – какой-то уличный воришка. Если бы ты увидел меня воочию, как сейчас, ты поднял бы на поиски все войско Пелия, а мне этого совсем не хотелось: в городе были другие дела. Ничто не должно было мешать постройке корабля, но и сама я его не могла оставить.
– Так кто же ты? – спросил один воинов Лаомедонта. – Ты, – должно быть, дочь Зевса.
– Это очень близко, – ответила богиня. – С Зевсом я знакома, он один из моих учителей.
– Ты – дочь Аполлона! – восторженно выкрикнул едва узнавший этого бога и ревностно преданный ему Амасис.
– Нет… Но и с Аполлоном я связана, только совсем по-иному. Позвольте я все же расскажу, для чего я собрала вас здесь. А собрала вас здесь именно я. Согласитесь, это непросто – сделать так, чтобы бок о бок стояли лучшие люди столь многих племен: ахейцев, фракийцев, троянцев, лапифов, долонов и землеродных Диндима. Мне не достает здесь только критян и кентавров. Так вот, знайте: я – ваша богиня, я – ваша душа, я люблю вас всех, хоть одни из вас живут в горах, другие на равнине, а третьи и вовсе на островах. К той беде, что случилась в твоем, Амасис, племени, поверь, я не причастна. О ней я скорблю вместе со всеми вами. Но когда она случилась, я поняла, что лучшего момента, чтобы собрать вас, быть не может. Мне не важно, чем вы заняты: прорицатели и охотники, строители и воины, мореплаватели и кифареды – мне дороги все вы, поскольку все вы нужны своему народу. Я не требую жертв – потому-то, Гарпалика, я и просила тебя увести овец. Самое приятное приношение, которое вы можете преподнести мне, – это ваше умение и ваша жизнь, направленные на благо нашего большого народа. И война, поверьте, мне тоже совсем не в радость. Войну я терплю лишь постольку, поскольку без нее порой нельзя. Но и на войне идти самой на врага мне не пристало. Из оружия у меня только щит, – Афина подняла его, показала всем и прислонила обратно к жертвеннику. – Ни меча, ни копья у меня нет. Но стоит на меня, а, значит, и на вас, покуситься врагу, мой щит готов прикрыть каждого из вас отдельно и всех сразу вместе. И тогда сила напавшего будет гибельной для него самого. А сейчас – Аполлон… Бесконечная моя благодарность вам – фракийцы, троянцы. Вы совершенно правы, что с незапамятных времен чтите этого бога. А тебе, Мероп, и твоей дочери Клите – особое спасибо за то, что вы познакомили с этим богом долонов. Кстати, я ведь совсем недавно видела Клиту. И Кизика тоже. Им сейчас очень трудно друг без друга. Их сердца тоскуют, но моя сестра Персефона, та, что проводит треть года в Аиде, уже знает, что должна ежедневно доставлять им друг от друга вести. Я обещаю, Мероп, не бросить их. Они достойны жить на небе со мной и другими богами. А Аполлон – это тот, по ком тоскует мое сердце. Прийди же ты, о мой Аполлон!
