– Однажды я приметила на ореховом дереве ветку с множеством по виду спелых плодов. И вот, я стала метать кверху палку, сбивая их по одному. Вдруг я услышала какие-то ранее незнакомые мне голоса, а потом увидела людей. Не знаю как, но я точно поняла, что они – такие же, как я. Я сначала испугалась, и они тоже. Оно и понятно – брошенные девочки не встречаются каждый день в лесу. Их было двое – мужчина и мальчик. Как оказалось потом, мальчиком был тот, которого вы все знаете как Мелеагра, а мужчиной – его отец Фест. Увидев их, я испугалась и прижалась спиной к дереву. Они пытались со мной говорить, но я ничего не понимала. Как-то я почувствовала, что сделать ничего плохого они мне не хотят. Наверное тут дело во взглядах. Живя среди зверей я поняла, что взгляды важнее слов. Весь наш язык можно перевести на язык взглядов. Нужно только уметь читать их. Так вот, когда я поняла, что эти двое не настроены ко мне враждебно, я снова взялась за свою палку и продолжила, как умела, добывать себе пропитание. Мелеагр с отцом, видимо, поняли мое положение и решили помочь. Мальчик подошел к дереву с топором и несколькими ударами срубил уходившую далеко наверх ветку, и, вдобавок, отдал топор мне. Я для начала отбросила топор в сторону и накинулась на орехи. Я ведь была почти все время безумно голодна. Эти двое продолжали, переговариваясь, за мной наблюдать. Кто-то из них подозвал меня. Фест открыл сумку, достал нечто, оторвал ломоть и протянул мне. Как я сейчас понимаю, это был хлеб. Первым делом я обнюхала его. Запах был незнакомым, и я недоумевающим взглядом посмотрела на этих двоих. Они говорили мне что-то и ртом делали такое движение, будто что-то кусали. Потом Фест снова открыл свою сумку и вытащил тот большой кусок, от которого отломил мне, показывая, поднес его к моему носу, потом потянул к своему рту и откусил. Я с опаской стала повторять движения за ним. Мальчик с отцом одобрительно кивали мне головами. Так я впервые попробовала хлеб. Он оказался вкусным. Я съела без остатка весь причитавшийся мне ломоть и вернулась к своим орехам. Но эти двое не оставили меня. Ко мне подошел мальчик и начал снова что-то говорить и показывать рукой куда-то вдаль. Как-то, видимо, опять же, по глазам, я поняла, что он зовет меня с собой. Покидать лес мне совсем не хотелось, и я осталась к его призыву безучастной. Я не знала, что сказать «нет» можно, просто помотав головой. Вместо этого я отвернулась. Тогда он обошел меня, снял с себя верхнюю кожаную одежду и одел ее на меня. Я помню, как несказанно счастлива я была, я кричала и прыгала от радости. Мой крик, видимо, привлек Аркту, мою медведицу. Имя я дала ей уже много лет спустя. В это лето у нее не было медвежат, и я была единственной ее подопечной. Она подумала, наверняка, что мне угрожает опасность, но криком и взглядом я убедила ее, что никакой опасности нет. Я дала ей орехов, и она стала тут же на месте их грызть. Тем временем, Мелеагр подарил мне еще и нож и показал, как им пользоваться. Это была моя первая встреча с людьми. Тогда я решила, что люди – мои друзья. Я ведь еще не знала, на что они, люди, способны.
Аталанта исподлобья посмотрела на Мелеагра. Причины сложных взаимотношений между ними, проявления которых аргонавты время от времени наблюдали в походе, начинали все явственнее проступать.
