Сазигван, отдыхавшая в своем покое, как-то почувствовала появление сына. Она тот час оказалась в гостиной и стала торопливо расспрашивать Медею о том, правильно ли ей показалось, что пришли Агмосаул с Упастан и здоровы ли они по виду. Получив заверение в том, что с молодыми все в порядке, Сазигван устремилась наверх в их спальню с желанием рассказать о необычных постояльцах, но была изгнана оттуда двумя-тремя окриками сына и в довесок получила приказание принести из печки горячих камней. Комнаты в доме Сазигван не отапливались каждая в отдельности, за то в распоряжении гостей в холодные дни были накаленные в печи камни.
Медея помогла хозяйке накидать в медное ведро побольше камней. Ясон отнес их наверх.
– А ведь Моса был всегда покладистым сыном, – сказала Сазигван дочь Ээта. Мосой называли родные Агмосаула. Медея помнила его еще по тому времени, когда училась у Пастыря.
– Он и сейчас такой же, – отвечала хозяйка. – Просто устали они и продрогли в пути. Это я оплошала. Пойду лучше готовить обед.
К обеду спустились старшие аргонавты. За тот же стол друг напротив друга сели и Упастан с Агмосаулом. Аргонавтам было несподручно говорить при незнакомцах, да еще и на чужом для тех языке. Молодые тоже молчали, стеснялись. Сазигван, которая одна могла снять напряжение, была чем-то занята. Медея то и дело посматривала наискосок на Упастан, на то, как та играла глазами с Мосой. Этого умения дочь Ээта была лишена. Агмосаул то и дело замирал, вглядываясь в молодое совсем еще девичье лицо жены, будто они вчера познакомились, будто не было у них за плечами трех лет совместной жизни и скитаний по горам. Пухленькие щечки Упастан, тоненькие губы, не маленький, но аккуратный носик смотрелись и впрямь как-то мило по-детски.
Под конец недолгого застолья Медея все же решилась заговорить с молодым мизасульбием, и тот вспомнил ее. Неудивительно, что она осталась им не узнанной. Ведь в последний раз Агмосаул видел будущую врачевательницу с сестрой аж шесть лет назад, когда они только шли к Пастырю. Моса представил дочери Ээта свою супругу Упастан, а Медея в свою очередь рассказала молодым об аргонавтах и всех за столом перезнакомила.
Как и предположила хозяйка, ее сын попросил два дня отдыха перед походом в Зибу. По его словам тропинки должны уже были освободиться от снега, и поэтому Моса планировал уложиться в обычные три перехода. Идти предстояло вверх, хотя казалось, что выше уже только небо.
Наблюдать за молодой парой в пути было одно удовольствие. Особенно хороша была Упастан. Ее маленькая фигурка, облаченная в толстые кожаные штаны и в высокие сапоги, смотрелась немного неуклюже, но это не мешало ей быстро и ловко передвигаться. Ее свободное верхнее платье из уютно-теплой шерсти то и дело развевалось на ветру. Играла она, не переставая: могла вдруг припустить и спрятаться в лесу, а потом выйти на тропинку в самом неожиданном месте и с только что сорванными цветами броситься мужу в объятия.
Агмосаул был внешне невозмутим, и лишь огонь глубоко затаенной страсти горел у него в глазах. Своему чувству он давал ход лишь изредка. Например, – это было во время первого перехода на одном из довольно крутых спусков, – он шел впереди всей группы, а Упастан сзади. Неожиданно она рванула вперед, обогнала всех и, пробегая мимо, призывно посмотрела на Мосу. Тот рванул вслед и настиг супругу где-то далеко внизу. Она отвязала с шеи тонкий, почти прозрачный платок и набросила его на обе их головы. Под платком они слились в поцелуе до тех пор, пока не приблизились сильно отставшие аргонавты.
Дорога выдалась отнюдь нелегкой. Во многих местах снега было по щиколотку, и он засыпался сверху в плотные кожаные сандалии Медеи и аргонавтов. Гости гор шли с мокрыми ногами, в то время, как местные жители даже поздней равнинной весной по привычке обувались в сапоги. Помимо этого неудобства за Агмосаулом с Упастан было просто трудно поспеть даже сильным воинам и бывалым охотникам. «Ассарапа! Ассарапа!» – не переставала бойко подгонять Упастан отстающих. Медея переводила это как «Быстрее! Быстрее!» Она вспоминала, что шесть лет назад одинокий Агмосаул вовсе не гнал так быстро их с Киркой.
