– Его прогнал, а ее? Она, между прочим, – охотница…
– Так, Нагаз, спустишься к ней первым, потом подойду я…
– Но почему всегда я?
– Потому что ты – птица…, – смутился пес. Он, разумеется, тоже побаивался Аталанту. – Потому что ты можешь улететь, а меня своими ножищами она враз догонит. Так что быстро! Выполнять!
– Вот видит прикованный повелитель гор: не будь ты моим другом, я бы сейчас тебя больно клюнул!
Нагаз стал подниматься совсем не как орел, прыгая с ветки на ветку, пока не оказался выше деревьев.
Да, Артибия искала Медея сейчас напрасно. Он вместе со своим другом орлом был занят важным и неожиданно образовавшимся делом – возвращением калидонской охотницы к жизни и к людям.
Выглянув из орешника и увидев в небе кружащего над ручьем Нагаза, Артибий стал медленно красться дальше вперед. У ручья он высунул из травы морду. Спящая охотница лежала возле большого камня. По ее плечу ползали большие красные муравьи. Пес попил воды и стал наблюдать за своим другом. Нагаз снижался издалека, чтобы как можно меньше колыхать воздух крыльями, но все равно разбудил Аталанту, даже во сне спиной чувствовавшую приближение опасности.
– Вот, приставучая птица! – крикнула она. – Что тебе нужно?
В Нагаза полетела палка, которую охотница нащупала рядом с собой сразу, как только проснулась, и запустила в уже севшего на землю орла. Нагаз вспорхнул и, ничего не сказав, гордо удалился: он слишком долго разыскивал калидонянку в горах и никак не рассчитывал на такую благодарность при встрече.
– Даже здесь не оставляют меня. Убирайтесь все! – крикнула вдогонку она и снова уткнулась головой в землю.
Прежде, чем выступить из своего укрытия, Артибий долго и крепко думал. Виды на успех дела были призрачными, но и просто так уйти он не мог. Как бы он смотрел тогда в глаза учителю и Медее? Наконец решившись, он задрал переднюю лапу и боязливо измерил ею глубину ручья. Дно было недалеко. Плескающимися шагами, уже особо не таясь, умный пес пересек мелководье. Почти не замочив брюха, он вышел на берег и остановился, чтобы еще раз присмотреться к Аталанте. Та продолжала лежать все так же, без движения. Тогда Артибий приблизился к ней, обнюхал ее с головы до пят, лизнул плечо, шею и хотел добраться до лица, но охотница ни в какую не хотела его подставлять. Пес лег рядом с нею и положил переднюю лапу охотнице на спину. Она сначала пыталась избавиться от груза, как утром пыталась все время избежать прикосновения Мелеагра, но в итоге решила не обижать настойчивого пса: в конце концов, он всего лишь добрейший зверь и ничуть не виноват во всех безобразиях все еще любимого ею калидонца.
Лапой Артибий чувствовал дыхание охотницы. На какое-то время оно стало ровным-ровным. Она, вероятно, снова уснула. Пес не покидал ее и продолжал терпеливо ждать. Проснулась Аталанта озябшей. Начинало вечереть.
– Пойдем, – рявкнул ей пес. – У меня уже урчит в желудке.
– Странное ты животное, – усмехнулась охотница, – домашнее. Жизни не знаешь. Если бы я всюду следовала за своим желудком, я бы не выжила в лесу.
– Хорошо, что предложишь ты? Я готов следовать за тобой. Только учти: скоро стемнеет, и тогда мы не сумеем добраться ни до Зибы, ни туда, куда надо тебе.
Аталанта села, сняла шапочку, распустила ослабший пучок длинных волос, и стала собирать их по новой. Пес сел напротив нее.
– Да никуда мне не надо, Артибий. У вас здесь край света. Идти все равно дальше некуда… а мне так и подавно… Как я понимаю, ты твердо решил без меня не уходить?
– Да, что-то вроде того.
– Точно, как и он тогда…
– Кто он?
– Да Мелеагр, кто же еще? От которого я бежала сегодня. Он когда-то вывел меня из леса и поселил среди людей…
– То-то я смотрю, ты шустрая, прямо как лань…
– Да, я много бегала с ними, было дело… Я, пожалуй, пойду с тобой, но при одном условии.
– Каком же?
– Ты попросишь, чтобы со мной не говорили ни о Мелеагре, ни о пастушестве в Зибе.
– О каком еще пастушестве? Разве ты не охотница?
– Я уже сама не знаю, кто я…
– Но погоди, учитель звал тебя стать у нас пастушкой?
– Звал. И он, и кое-кто посерьезнее вашего учителя. Но звали не меня одну, а вместе с Мелеагром… Я знаю, ты сейчас начнешь много всего спрашивать. Прежде, чем я буду отвечать, обещай мне то, о чем я попросила, и пойдем назад. Я не хочу, чтобы ты остался без ужина.
– Я передам учителю твое пожелание, только имей в виду, Аталанта: я всего лишь на службе у Пастыря, и поэтому давай договоримся – без обид. И, будь добра, извинись перед…, – Артибий задрал голову кверху и вывернул шею назад, мордой указывая на кружащего над скалами орла с белым пятном, – перед Нагазом. Это я уговорил его приблизиться к тебе первым.
– И все же, я хочу, чтобы ты донес до учителя: это несколько больше, чем просто пожелание. Я надеюсь, ты умеешь с ним договариваться, и не хочешь опять искать меня в лесу. Перед твоим другом, разумеется извинюсь. Я была неправа.
