Летом мы доставляем уголь на пароходах к устью озер, чтобы создать резерв для Северо-Западного региона. Это позволяет шахтам работать круглый год. Сезонные уменьшения штата минимальны. Мы никогда не удаляем шахтеров из наших списков и не снижаем им зарплаты. Тем работникам, кто временно оказался незанятым, мы предоставляем работу по расчистке шахт и населенных пунктов. Многих отправляем на «Фордзон» и даем им работу до той поры, пока шахты не начнут действовать в полную силу. Неизрасходованный уголь мы собственными озерными судами доставляем на северо-запад, где им занимаются наши агенты по продаже. Но такого избытка остается мало, и вскоре весь добытый уголь будет уходить на наши заводы.
Одна из проблем не только угольного производства, но и всех прочих, состоит в том, что работник нередко простаивает, пока для него не появится работа по профессии. На наших заводах никто не закреплен за каким-либо видом деятельности. Каждый сотрудник, как только появляется в этом надобность, готов заняться любым трудом, о котором ранее он, возможно, и не слышал. Государству абсолютно невыгодно, чтобы люди причисляли себя только лишь к шахтерам, механикам или машинистам. И каждому труженику лучше иметь несколько профессий. Мы планируем поблизости от шахт открыть новое индустриальное предприятие, чтобы работники имели возможность менять вид занятости, и, скорее всего, в итоге мы станем получать большое количество энергии прямо в шахтах.
Собственный уголь обходится нам дешевле, чем тот, что мы закупаем на стороне, хотя мы еще не довели до совершенства угледобычу. Пока что мы сосредоточились на том, что везде, где можно, вводим машинный труд и боремся с ремесленным бюрократизмом.
Во многих случаях мы могли бы приобретать уголь по более низким ценам, но, с одной стороны, не хотим пользоваться углем, который оставляет производителей в накладе, а с другой – не намерены способствовать спекуляции.
Использование угля на Фордзоновской силовой станции полезно для нас в том смысле, что мы имеем возможность химически его перерабатывать и употреблять получившиеся продукты в нашем производстве, а остальное – сжигать. При перегонке угля мы применяем различные способы: и высоко- и низкотемпературный, хотя последний мы пока только тестируем. Приемы эти, как и большая часть наших методов, секретом не являются. Но основной принцип работы состоит не в них, а в их комбинации. При благоприятном сочетании способов уголь, который обходится нам примерно в 5 долларов за тонну (с доставкой на предприятие), приносит нам прекрасный доход благодаря полученным из него побочным продуктам. Кстати, в итоге и горючее для котлов оказывается весьма дешевым.
Проведя довольно много исследований, мы пришли к выводу, что турбина выступает самым экономным средством применения пара, и в ближайшее время мы планируем установку на «Фордзоне» восьми паровых турбин мощностью 62 500 лошадиных сил каждая. Причем некоторые из них уже функционируют. Все они сооружаются нами самостоятельно, поскольку их конструкции разработаны нашими инженерами, и, как выяснилось, мы можем создать их скорее, чем любое другое предприятие. Все турбины относятся к одному типу. Характерной особенностью их является уникальное устройство генератора. Он на треть меньше, чем любой другой такой же производительности, и в нем впервые использована целиком миканитовая изоляция. Этот генератор снабжен также абсолютно иной по сравнению с прочими системой вентиляции. Вырабатываемый им ток равен 13 200 вольт.
Каждая установка дает такое же количество электроэнергии, что и вся силовая станция Хайленд-Парка.
Котельная оснащена восемью котлами с двойными топками, где сжигаются измельченный уголь и газ из доменной печи. Газ закачивают практически на самое дно топки, а мелкий уголь загружается сверху с высоты 25 футов. То и другое топливо попадает в топку в таких соотношениях и внутренняя часть котла устроена таким способом, что пламя достигает максимальной температуры еще до того, как касается котельных труб. После того как газы пройдут над трубами, они перемещаются между перегревателями к верхней части котлов, внутренняя высота которых равняется 70 футам, и оттуда направляются вверх по восьми 333-футовым трубам, которые дают естественную тягу.
Дыма из труб выделяется очень мало, поскольку из-за самой природы топлива оно сгорает практически без остатка. Таким образом, достигается не только предельное нагревание, но и максимальная степень применения: та часть тепла, которую получается перевести в воду, составляет 90 %. Еще одно преимущество подобного метода отопления – это исключение золы и шлаков. В данном случае в топке образуется только небольшой осадок, тогда как при сжигании угля его скапливается значительно больше. Столь высокие температуры, возникающие при таком способе отопления, могут стать причиной разрыва стенок топки, что, понятно, увеличивает расходы на них. Во избежание этого мы вместо уплотнения фундамента, на котором размещены котлы, поддерживаем последние посредством установленной над ними стальной рамы.
