Замалчивать реальные факты и давать крестьянину возбуждающие средства – оказывать ему медвежью услугу. Дело в том, что пока мир шел вперед, крестьянин стоял на месте. В мире крупной индустрии частное сельское хозяйство осталось в роли мелкого предприятия. К тому же ферма базируется на сезонной работе, тогда как промышленный труд – на непрерывной. Раз время работника стоит дороже, чем время наседки, то ферма не представляется для него той средой, где он обязан оставаться круглый год. Там для него чересчур мало работы. Ежегодно у него уходит две недели или месяц на то, чтобы подготовить почву к посевам, и на то, чтобы собрать урожай. Все остальное время он занят малополезным делом, которое требует труда, но не дает дохода.
Рассмотрим классическую ферму с правильным севооборотом и определенным количеством животных. Земледельческие хозяйства различных видов – молочные, свиноводческие, зерновые фермы, хлопковые поля и фруктовые сады – организованы на абсолютно различных основаниях. Обычное крестьянское хозяйство обрабатывает несколько полей, на которых культуры сменяют друг друга в известном порядке. Также там содержат маленькое стадо рогатого скота, несколько свиней, кур и, возможно, овец. А вот фермер, который держит руку на пульсе современности, обзаведется лишь парой лошадей, а то и вовсе обойдется без них, вложив все свои средства в машины, тракторы и жатки.
Если мы заговорили о каком-то деле как о проблеме, это означает, что оно перестало быть проблемой, поскольку устарело и отмирает.
С помощью тракторов и другой техники вспашка, посев и жатва займут не более 10–15 дней в году. Обработка полей (кроме садовых культур) вряд ли потребует больше 30 дней. Все остальные месяцы крестьянин занимается уходом за животными и продажей мяса и молока. У него слишком мало скота для организации передового зернового хозяйства, а доение и кормление животных ему приходится выполнять вручную, иначе говоря, наиболее тяжелым и наименее экономичным способом. Свой урожай он продает и непосредственно, и в виде откормленных животных. Почти всю работу он вынужден делать руками, особенно ухаживая за стадом, потому что ни объемы его продукции, ни его оборудование не приспособлены для систематического применения техники. Он не в состоянии получить экономию, которую обеспечивает массовое производство, и потому ему приходится тяжело трудиться с утра до вечера. Я отлично знаю, что это за труд, – ведь сам работал на ферме.
В зерновых хозяйствах после месяца труда активная деятельность останавливается на целый год, и крестьянин лишь наблюдает, как природа работает за него. Понятно, что подобный труд, даже при замечательном севообороте, мало что может дать.
Возникает вопрос – является ли эта ситуация временным положением, спровоцированным мировой войной либо какими-то иными форс-мажорными обстоятельствами, или же мы достигли того рубежа, когда наше земледелие должно быть полностью перестроено?
Промышленность постоянно следует реорганизовывать. Если владелец индустриального предприятия не успевает следить за требованиями времени, он попросту прекращает свою деятельность как предприниматель. Мировая война, последовавший за ней бум, дестабилизация мирового хозяйства, земельная и прочие спекуляции, подстегивавшие инфляцию, – все это ускорило кризис сельского хозяйства, но он так или иначе должен был произойти, и, возможно, к лучшему, что он случился раньше, чем позже. Война повлияла не так на положение хозяйств, сколько изменила намерения самого крестьянина: по окончании войны он пожелал зарабатывать больше, чем необходимо для простого поддержания существования. Вот в чем причина возникновения сельскохозяйственного вопроса.
