Сэхсвет полностью

– Да. Мы тоже не поняли, как так получилось. Понимаешь, Джил, в зависимости от дозировки и примесей интокс может служить очень разным целям. Не буду тебя грузить подробностями, но, к примеру, тридцатая часть грамма интокса в сочетании с некоторыми кислотами приводит к мощнейшему выбросу адреналина. А десятая часть грамма, растворённая в концентрированном экстракте хоралы, обладает сильным обезболивающим и регенеративным эффектом. Да, всего это можно добиться простыми имплантами, но сколько их нужно установить, чтобы охватить весь спектр применения интокса? Поэтому Сюзи и я экспериментировали, стараясь быть осторожными, но в какой-то момент всё полетело к херам.

Кросс надолго замолчал. Он не очень хотел рассказывать эту часть истории, но Джил выжидающе смотрела на него. Конечно, он мог отказаться, но… он вдруг почувствовал, что ему нужно выговориться.

– Началась чёрная полоса. Опять. Всю нашу тающую прибыль мы тратили на дорожающий на глазах интокс, оправдываясь тем, что он нужен для экспериментов. Но и я, и Сюзи прекрасно понимали, что мы попросту обманываем себя. Наше физическое состояние ухудшалось, и то, что произошло дальше, было лишь вопросом времени.

Однажды я обдолбался сильнее обычного. Как правило, мы очень тщательно следили за тем, чтобы не было передозировки, но в тот раз я… потерял контроль. На время я превратился в самый настоящий овощ. Я не понимал, что творится вокруг меня, в голове царил настоящий хаос, и осколки мыслей не хотели соединяться в единое целое. И именно тогда к Сюзи пришёл Старик.

В голосе Кросса начала проскакивать дрожь. Перед его глазами стояла картина, которую он всеми силами старался забыть, вычеркнуть из памяти.

– Я смутно помню, что происходило тогда, – только эпизодами. Но эти обрывки пылают у меня вот здесь, – Кросс тремя пальцами с силой постучал себя в висок, – ярче самого яркого пламени.

Джил слушала хирурга, закусив нижнюю губу и, видимо, даже не замечая этого. Речь Кросса стала резкой и отрывистой, словно он словами рубил воздух перед собой:

– Сюзи ворвалась в квартиру. Подбежала ко мне, пускающему слюни бесполезному куску дерьма. Глаза Сюзи были заплаканы, и она что-то кричала про Старика, и… нет, не помню. Я – представь Джил, какой же я тупой ублюдок! – пытался успокоить её. Говорил, что всё будет хорошо, что с нашими деньгами можно решить любую проблему. Создатель, я даже не понимал, что я несу! Я помню ту странную эмоцию, проскочившую на лице Сюзи сквозь слёзы, – смесь удивления, злости, обиды и отвращения. Она влепила мне пощёчину, такую сильную, что я почувствовал её даже сквозь интоксовый туман. Последнее воспоминание – Сюзи стоит на коленях на полу нашей с ней квартиры и рыдает, раздирая себе руки ногтями и периодически колотя меня по бедру. Но сознание покидало меня, и я отрубился. А когда очнулся, Сюзи уже ушла.

Кросс залпом допил глир, пролив пару темных капель на когда-то белоснежную простынь, и закончил:

– После этого я опустился на самое дно. Я винил и продолжаю винить в произошедшем себя. Из-за меня ушла Сюзи. Из-за меня мы не смогли попрощаться. Всё беды – только из-за меня. Голос совести был настолько невыносимым, что я сильнее прежнего начал упарываться интоксом. Часть компенсации Сюзи перевела мне – иначе я не могу объяснить, откуда на моём счёте взялись лишние триста тысяч. Исчезли они, впрочем, так же легко, как и появились.

В один прекрасный момент меня поймали законники. Точнее, меня кто-то сдал. На меня повесили незаконное употребление и распространение интокса, повлёкшее уход по неосторожности, разработку и установку нелегальных имплантов, многократное получение взяток… в общем, закрыли дыры во многих делах. Но мне опять повезло, если можно так выразиться. Тот чиновник, которому я спас жизнь, отмазал меня от двадцати лет тюрьмы, и я получил всего год с полной конфискацией имущества. Слава коррупции, ха! – Кросс отсалютовал потолку пустым стаканом. – После отсидки у меня не было ничего. Ноль. Я перебрался в порт, где через некоторое время меня заметил Большой Босс и… хм… если можно так выразиться, пригласил меня поработать на него. В общем-то, выбора у меня не было. И вот я здесь. Собственно, это всё.

Некоторое время они оба молчали. Девушка несколько раз порывалась что-то сказать, но, похоже, слова не шли на ей на ум. Кросс усмехнулся: он был уверен, что она ожидала несколько другой истории. Наконец Джил выдавила:

– Кросс, я… если честно, я не знаю, что сказать. Я не думала…

– Ты можешь ничего не говорить, – оборвал Кросс гостью на полуслове. – Ты хотела услышать, как я тут оказался? Что ж, я рассказал. Прости мне мою грубость, она не направлена конкретно на тебя. Просто… я ещё никому не рассказывал. И я не знаю, почему вдруг решил рассказать тебе. Наверное, пришло время выговориться, не держать это в себе. С твоего позволения, предлагаю закрыть эту тему.