– Говорят, вы с тех пор стали храброй авантюристкой – кокетничаете с рыцарями, дерзите драконам, целуетесь с женихом второй наследницы престола.
Я похолодела. Неужели и об этом сплетни ходят? Вот что Виридиус имел в виду, когда говорил, что слухи, расползаясь, набирают обороты до тех пор, пока мы не потеряем всякую возможность их остановить?
– Миледи, – сказала я дрожащим голосом, – кто-то вам солгал.
Ее пальцы впились мне в руку, словно когти.
– Вы думаете, что так много знаете, – процедила она неестественно любезно. – Но вас переиграют, дорогая моя. Вам известно, что святой Огдо говорит о самоуверенности? «Есть в зрении слепота, и в уме – глупость. Будь терпелив: даже самое яркое пламя сожжет само себя и угаснет».
– Он это говорил о драконах. И что я сделала, что заставила вас считать меня самоуверенной? Это оттого, что я не согласилась с вашими взглядами на образование принцессы?
– Со временем все откроется, – сказала она небрежно, таща меня за собой. – Тем, кто прав.
Мы повернули на запад и вошли в прачечную.
Вторую прачечную.
Котлы были перевернуты, и прачки ушли наверх ужинать, но огонь все еще ревел. С потолочных перекладин, почти касаясь пола, свисало постельное белье и трепетало, будто платья на балу призраков. Искаженные тени мелькали на этих бледных экранах, вытягиваясь и сжимаясь по прихоти переменчивых языков пламени.
Одна из теней двигалась осмысленно. Здесь был кто-то еще.
Леди Коронги повела меня по лабиринту сохнущего белья в дальний угол комнаты, где нас ждала принцесса Дион, шагая туда-сюда, будто львица в клетке. Все это было как-то неправильно. Я остановилась, леди Коронги потащила меня дальше. Принцесса презрительно усмехнулась.
– Полагаю, будет справедливо позволить вам объясниться, дева Домбей.
В комнате была лишь одна дверь и крохотное окошко, высоко в стене, совершенно запотевшее. Я взмокла от жара, не понимая, что мне предложено объяснять. Почему не явилась показать кровь? Слухи о том, что я дракон? Или то, другое обвинение леди Коронги? Может, все сразу? Гадать было опасно.
– В чем именно, ваше высочество?
Она вынула из корсажа кинжал.
– Прошу запомнить: я поступила справедливо. Кларисса, держи ее.
Леди Коронги оказалась удивительно сильна для своего небольшого роста и хрупкого сложения. Она взяла меня в борцовский захват – его называют «пряжка», хотя он больше похож на ошейник. Принцесса Дион потянулась к моей левой руке, и я быстро подставила правую. Она слегка кивнула и дернула носом, удовлетворенная моей покорностью. Я думала, она уколет меня в палец, но она задрала мои рукава, выгнула ладонь и резко провела лезвием по моему бледному запястью.
У меня вырвался вскрик. Сердце в груди заскакало галопом. Я выдернула руку, и красные брызги расцвели пятнами на развешанном перед нами постельном белье, будто маковое поле или какая-то отвратительная пародия на простыню первой брачной ночи.
– Хм. Какая неприятность, – сказала принцесса с раздражением.
– Нет! – воскликнула леди Коронги. – Это какой-то трюк! Я знаю из верного источника, что от нее несет сааром!
– Твой верный источник ошибся, – сморщила нос принцесса. – Я ничего не чувствую, и ты тоже. Каждый рассказывает сплетни по-своему – может, изначально речь шла не о ней. Эта чернь вся так похожа друг на друга.
Леди Коронги отпустила меня, и я рухнула на пол. Она брезгливо подняла подол платья, оттопырив мизинцы, и пнула меня остроносой туфлей.
– Как тебе это удалось, тварь? Что ты сделала со своей кровью?
– Она не саарантрас, – раздался из-за леса простыней спокойный женский голос. Кто-то двинулся к нам в угол, наплевав на лабиринт и шагая прямо через постельное белье. – Прекрати ее пинать, костлявая дрянь, – добавила дама Окра Кармин, отодвинув рукой последнюю окровавленную простыню и оставив ее за спиной.
Принцесса Дион и леди Коронги уставились на нее так, будто из ее плотной фигуры вышел более убедительный призрак, чем из всех этих вздымающихся белых занавесей.
– Я услышала крик, – сказала дама Окра. – Подумала позвать стражу, но решила сначала посмотреть, что случилось. Вдруг кто-то просто увидел крысу. – Она насмешливо оскалилась, взглянув на леди Коронги. – Я почти угадала.
Леди Коронги пнула меня в последний раз, будто чтобы доказать, что не послушалась приказа. Принцесса Дион вытерла кинжал носовым платком, который потом бросила в ближайшую корзину, и грациозно перешагнула через мое распластанное тело, но остановилась и злобно посмотрела на меня сверху вниз.
– Не думай, что оказаться человеком достаточно, чтобы вернуть мое уважение, потаскуха. Моя дочь, быть может, и глупа, но я – нет.
Она взяла леди Коронги под руку, и обе удалились с величавым видом благородных особ, которым совершенно нечего стыдиться.
Дама Окра молчала, пока они не ушли, а потом бросилась меня поднимать, кудахча:
– Ну вы и идиотка, что пошли за ними в пустую прачечную. Вы чего ожидали, что они вам хотят вышивку на наволочке показать?
– Но уж такого я точно не ожидала! – Я прижала руку к груди, кровь хлестала пугающе сильно.
