— Поведение этой твари… мой отряд преследовал его больше недели. Сперва Зверь действительно вел себя как обыкновенное дикое животное, беспорядочно перемещаясь, петляя и, в тоже время, не подпуская нас достаточно близко. Мы почти нагнали его, но в последний день всё изменилось. Без всякой на то причины он ринулся назад, не сворачивая ни на шаг, по кратчайшему пути нацелившись на деревню. Он был под контролем, парень. Мы пытались его остановить, — Казимир обернулся на пылающие позади костры, — сам видишь, что из этого вышло. В живых остался я один, — он положил руку на плечо Ноэля, — хоть ты и чужак, неведомо как свалившийся на наши головы, но хвала земной тверди ты оказался рядом. Без твоей помощи всё могло сложиться куда плачевнее.
— Что, в таком случае, ты намерен делать с натравившими на вас эту трупную дрянь? — Ноэль едва заметно кивнул в ответ на оказанный знак благодарности.
— То же что и со Зверем. Но на этот раз мы будем готовы. Моя дочь будет готова.
— Опять взваливаешь всё на девчонку?
— Она ключ к нашей силе.
— Старейшина! — из деревни навстречу мужчинам спешил радостно размахивающий руками двухметровый толстяк.
— Что случилось Фогель?
— Ада… проснуться! — Исполин упер руки в колени, пытаясь справиться с отдышкой, — Я бежать сказать вам!
— Очень хорошо, — улыбнулся Казимир, — я иду к ней.
Друид глянул на Ноэля:
— Фогель, отведи нашего гостя в одну из пустующих изб и проследи, чтобы он ни в чем не нуждался… и никуда не выходил. Помни, что он находится в статусе пленника, поэтому при попытке побега ты волен применить к нему силовой метод убеждения.
— Я всё понять Старейшина! — Фогель расплылся в улыбке.
— Что касательно приговора, Ноэль. Услышав версию событий произошедших в моё отсутствие из уст Адал’ай, я приму окончательное решение по твоему поводу. Пока ты можешь отдохнуть, — Казимир поставил точку в их разговоре и оставил вора на попечение толстяка.
Фогель бережно взял чужака под руку и повел к поблескивающей факелами обители.
На следующий день под таким же бережно-пристальным наблюдением Ноэль вошел в возвышающийся над остальными хижинами крепко сбитый дом Старейшины. Пленника ждал справедливый и окончательный вердикт. В просторном украшенном цветами и витиеватой резьбой зале собралась небольшая группа друидов. Вошедший Ноэль сразу же пригвоздил к себе большинство глаз, вызывая новую волну перешептывания и споров. Кто-то из отшельников смотрел на него с приободряющим дружелюбием, а кто-то провожал в спину с легким оттенком недоверия и скепсиса. Первая категория друидов все же преобладала, что не могло не радовать.
Подсудимый встретился взглядом с сидевшей подле отца Адой. Та слабо улыбнулась ему. Под её глазами залегли глубокие тени. За спиной девушки компактно расположилась старая знахарка, беспокойно следя, чтобы её подопечная внезапно не свалилась в обморок. Казимир встал, жестом руки прекращая гомон и призывая всеобщее внимание. Наступила тишина. Фогель неловко подтолкнул узника в центр зала. Старейшина заговорил. Ноэль с каменной миной слушал скрипучий голос оглашающий приговор. Будто в замедленном действии он читал движение губ старого друида, до того как с них успеет сорваться сам звук. Казимир замолчал, и зал снова повис в тишине. Видимо решение оказалось более своеобразным, чем ожидало большинство. По притихшей комнате разнеслись жиденькие аплодисменты добродушного исполина-толстяка, но не найдя бурной поддержки, вскоре затихли и они.
— Нет!! Вы не можете так поступить, это просто немыслимо! — Хадвар в гневе вскочил со скамьи, — О чем вы думаете Старейшина? Это же чужак! Будь он хоть трижды героем, мы не можем ему доверять!
— Сядь, Хадвар! Принимая во внимания все обстоятельства, мое решение таково. Ноэль совершил преступление, нарушив наши границы и ранив наших людей, но показал своё раскаяние и благородство в борьбе со Зверем. Твоё предложение о казни откланяется. Однако преступление есть преступление и за всё будет назначена своя цена. Ноэль останется в деревне, выполняя работу выведенных им из строя людей, до тех пор, пока все они не встанут на ноги.
— Не хотите казнить чужака, так изгоните его к чертовой матери! — побагровел Хадвар.
— Так и было бы, но сейчас это не рационально. Нас осталось слишком мало, каждые руки на счету. Моё решение останется неизменным, — Старейшина пристально посмотрел на несогласного друида, — и с этого момента, Хадвар, выбирай выражения по отношению к человеку, с которым ты живешь в одной обители.
Командир защитников, поняв бесполезность дальнейших споров, гневно вышел из зала. Казимир тяжело вздохнул:
— Поздравляю, Ноэль, теперь ты на неопределенное время станешь одним из нас. Добро пожаловать в Иссурим. Думаю, ты прекрасно понимаешь — легкой жизни тебе ждать не придется, свой хлеб ты будешь отрабатывать троекратно. И последнее, — Казимир протянул руку дочери, помогая ей встать, — чтобы заручиться твоей полной поддержкой и согласием с нашими требованиями, Адал’ай проведет на тебе небольшую манипуляцию.
