– Я хочу просто сказать, – продолжил мужчина, – что я действительно восхищаюсь…
Пол прервал его, указав на сигарету, которую тот курил:
– Можно?
– Конечно, – сказал мужчина. – Давайте я принесу вам новую.
– Эта сойдет. Просто хочу сделать затяжку.
Мужчина протянул недокуренную папиросу. Айрис смотрела, как отец со смаком затягивался. Потом бросил сигарету на землю и растер подошвой ботинка.
Вернувшись в театр, Айрис мельком увидела черную шевелюру Дорис у бара и указала на нее. Они направились туда; оба улыбались при мысли, что прямо сейчас люди на улице обсуждают их.
Отец тронул Дорис за плечо. Девушка обернулась:
– Извините, я думал, вы…
– Пол, дорогой, приятно те…
Но они уже уходили:
– Спасибо, извините, да, спасибо, что пришли, мы еще поговорим…
Пол помахал Саймону за барной стойкой: «Ты не видел Дорис?»
Саймон коснулся уха, чтобы показать, что из-за шума не слышит его.
«Ты видел Дорис?» – беззвучно сказал Пол, выразительно двигая челюстью.
Саймон поднял бутылку вина: «Хочешь немного?»
«Я ничего не хочу. Ты видел?»
Саймон, заметив Айрис, помахал ей рукой, а Айрис помахала в ответ. В один бокал он налил вино, в другой – лимонад и поставил их на стойку. Они протиснулись сквозь толпу. Ее отец спугнул кого-то с табурета и усадил на него Айрис. Она сделала глоток лимонада: крайне редкое лакомство.
Саймон взъерошил ей волосы:
– Хорошо?
Она рыгнула.
Саймон рассмеялся.
Ее отец указал на вино.
– Я не хочу.
– Это не для тебя.
Саймон подвинул стакан к человеку на соседнем табурете.
– И снова здравствуйте, юная Айрис, – сказал мистер Ливер. – Развлекаетесь?
Айрис не могла ответить, потому что набрала лимонад за щеки и пыталась выпустить газ через нос.
– Знаешь, кто этот господин? – обратился Саймон к ее отцу.
Тот посмотрел на мистера Ливера: «Нет».
– Это отец Дорис, – сказал Саймон.
– О. – Пол пожал руку мистеру Ливеру. – Вы пришли.
– Пол пригласил меня. Было бы невежливо не принять приглашение.
– Ха, да, ну, я рад, что вы получили приглашение. На самом деле совпадение, что я с вами столкнулся, я просто искал…
– Вы, должно быть, тот самый брат, – сказал мистер Ливер. – Пол рассказывал мне о вас.
– В смысле? – спросил отец, нахмурив брови в замешательстве.
Саймон поймал взгляд Пола и быстро покрутил пальцем у виска, подавая ему знак, что мужчина не в себе или что-то в этом роде.
Айрис выплюнула лимонад в бокал и издала смешок.
Саймон вытер пролитый лимонад салфеткой и строго посмотрел на нее.
– Да, мистер Ливер, – сказал ее отец, повысив голос и стараясь четче выговаривать слова, – приятно наконец-то с вами познакомиться.
– Вы совсем не похожи друг на друга, – сказал отец Дорис, ткнув пальцем в пространство между Саймоном и Полом.
– Люди любят так говорить, – ответил отец Айрис.
– Вы тоже были на войне? – спросил мистер Ливер. – Вы в возрасте.
– Передумал, – сказал Пол Саймону, кивнув на бутылку вина, – дай бокал.
Саймон пошел за бокалом.
– Простите, – сказал мистер Ливер. – Я вас обидел?
– Конечно нет.
– Иногда я не слежу за словами. Нечасто выхожу, вот в чем дело.
– Я рад, что вы пришли. Дорис особенная для меня и для всех нас. Без нее ничего не вышло бы, она нам очень помогла. Вы должны ею гордиться.
– В следующий раз она сама захочет выйти на сцену.
– О, это нам не грозит. Ее таланты определенно из другой области.
Мистер Ливер покачал головой, как бы говоря, что не понимает, о каких талантах идет речь и зачем они нужны в месте вроде этого.
– Прости, я спрошу, почему ты тоже не за барной стойкой? Посмотри на своего бедного брата.
Он жестом указал на Саймона, который наливал вино ее отцу. – Делает все дела один. В его состоянии.
Пол поднял свой бокал.
– Вы абсолютно правы. Теперь, когда пьеса поставлена, я чувствую себя совершенно бесполезным.
– Что с вами? – спросил мистер Ливер.
А потом, обратившись к Саймону, повторил:
– Что с ним не так? Почему он ничего не делает?
– Не переживайте о моем брате, мистер Ливер, – сказал Саймон, вытирая прилавок и подмигивая Полу. – Мы даем ему много работы. За кулисами.
– Надеюсь, что так, – сказал мистер Ливер. – Дьявол – это Бог, который бездельничает на седьмой день.
Ее отец выпил вино в четыре глотка. Пока пил, он смотрел на Саймона.
– Вы хотите знать, что я думаю о пьесе? – спросил мистер Ливер. – Я тут говорил Полу…
– Вы путаете имена, мистер Ливер. Он Саймон. Я Пол.
– Что-что?
– Я сказал… Не берите в голову.
– Я как раз говорил Полу, что в этой пьесе нет особого сюжета, правда ведь? Я не понял ни слова, но смотреть мне понравилось.
– Спасибо.
– О Китае я ничего сказать не могу, даже если бы меня попросили.
– Ну надо понимать, что Китай – только фасад, а пьеса на самом деле об Англии. О Европе. О борьбе здесь.
– Да ну, я бы и не догадался. Это прошло мимо меня.
Ее отец глотнул из нового бокала вина:
– Дело в том, мистер Ливер, что, когда становишься как мы, когда получаешь от жизни все, что хотел, и тебе все равно, появляется склонность к философствованию. Говоришь обиняками, превращаешь вещи в символы. В этом наш недостаток.
Мистер Ливер ударил отца Айрис по руке: