И тут в кармане у Гурова зазвонил телефон. Предупреждающе подняв руку, чтобы оперативники замолчали, он поднес аппарат к уху. Звонил участковый, которого он оставил в своей машине.
– Товарищ полковник, из тридцать девятого дома вышел человек и направляется в вашу сторону.
– Один? – насторожился Гуров и сразу повернул голову в сторону улицы.
– Второй открыл ему калитку и пока стоит, смотрит ему вслед.
Так, плохо это или хорошо? Гуров хорошо видел, как вдоль дороги по обочине идет мужчина в сторону магазина. Идет неторопливо. Одет обычно, как и многие летом: короткие бриджи из тонкого материала и футболка. На ногах кроссовки. Через пару минут этот человек поравняется с машиной Гурова, с микроавтобусом, в котором сидят омоновцы. Куда он идет? Проверить, что за машины стоят недалеко от дома, в котором они прячутся? Просто в магазин? Сколько их там еще в доме осталось, какое оружие и сколько? Участковый снова заговорил. Парень у ворот все еще стоит и смотрит вслед товарищу. Эх, подумал сыщик, сейчас бы быть у калитки, и тогда без особого шума можно было бы взять обоих. Правда, при условии, что в доме больше никого нет. А если Саул незадолго до своего ареста там целую банду собрал?
Незнакомец поравнялся с машиной, но даже не повернул в ее сторону головы. Вот он прошел мимо микроавтобуса. Как же Гурова подмывало отдать приказ, и сейчас бы этого типа молниеносно втащили в автобус. Снова голос участкового:
– Второй закрыл калитку и вернулся в дом. Входная дверь за ним закрылась.
– Наблюдать за домом, очень внимательно наблюдать и не отключаться, – приказал Гуров участковому и сказал одному из оперативников: – Зайди в магазин и посмотри за ним внутри. Если пройдет мимо магазина, наблюдай оттуда, пока сможешь, потом возвращайся.
Оперативник исчез в магазине, а второй начал рассказывать Гурову какую-то веселую историю из жизни. Мужчина, вышедший из дома, подходил к магазину, и теперь Гуров узнал его. Это был Сергей Белец, который когда-то сидел вместе с Тумановым в одной колонии. Его фотографию прислали из оперчасти колонии. Значит, в доме остался Симарев. Один или нет?
Предупредив, что он отключается, Гуров велел участковому созвониться со вторым оперативником и поддерживать связь, а сам набрал командира омоновцев и передал приказ быть готовыми действовать молниеносно, когда этот же парень пойдет назад к дому. Теперь Гурову пришлось контролировать ситуацию и на улице, и возле дома. Придется надеяться на участкового, ему из машины хорошо виден дом, калитка и входная дверь. Минуты тянулись томительно. Наконец Белец вышел с пакетом, в котором угадывались консервы, какие-то бутылки и хлеб. Неужели просто ходил за продуктами? Буквально следом из магазина выскочил оперативник, который сделал вил, что нечаянно толкнул уголовника. Извинившись, он поставил на стол тарелку с закуской и три бутылки пива. Белец на его выходку отреагировал подозрительным взглядом, но потом успокоился и двинулся в сторону дома.
– Как там во дворе дома обстановка, что видишь? – спросил оперативник участкового.
Гуров набрал снова командира омоновцев и приказал приготовиться. Будет обидно, если что-то сейчас нарушит все планы. С наскоку такие операции не проводятся. Тут нужно обязательно улицу с двух сторон незаметно перекрыть, людей в гражданском расставить. А Гуров сейчас действовал наугад, с минимальными силами и вообще без всякой предварительной подготовки.
– Берем! – коротко приказал он, когда до двери микроавтобуса осталось всего два шага.
И Белец поравнялся с дверью, которая вдруг откатилась в сторону. Уголовник повернул голову почти машинально, но ничего сделать и даже подать сигнал голосом не успел. Четыре сильных и умелых руки мгновенно втянули его в салон микроавтобуса, и дверь сразу закрылась.
– Что в доме, во дворе? – спросил оперативник участкового.
– Движения не наблюдаю.
– Все, ребята, в доме мы работаем сами, а вы по-прежнему отвечаете за соседний участок, чтобы никто через него не ушел. Участкового я вам пришлю.
Подойдя к микроавтобусу, Гуров открыл дверь и поднялся внутрь. Допрос шел в полной мере. Бледный перепуганный Белец лежал на полу, и над ним склонился командир омоновцев. Руки задержанному держали просто и эффективно, наступив на них берцами. Увидев Гурова, командир доложил:
– Клянется и божится, товарищ полковник, что его дружок в доме один. Расположение комнат простое, вот с его слов я нарисовал схему, – протянул он лист бумаги.
– Вот что, Сережа Белец по кличке Белый. – Гуров наклонился к уголовнику и взял его за нижнюю губу. – Учитывая твою особую опасность, как и твоего друга, то, что вы запросто бросаетесь гранатами, не опасаясь гибели неповинных людей, мы могли бы вообще не беспокоиться и не стараться взять вас обоих живыми. Но есть закон и долг! И мы, черт возьми, должны рисковать жизнью, чтобы вас взять и отдать под суд. Но учти, Белый, если ты соврал хоть в чем-то, хоть на одну букву соврал здесь, я лично тебя… при попытке к бегству. Понял?
