Шепчущая полностью

– Да, это звучит странно. Я хочу сказать, что в своём времени я не призрак, так же как ты не призрак здесь и сейчас. Думаю, дело в том, что мы обе чистокровные Девона, это во сто крат усиливает наши природные способности. Те чудесные духи женщин и девушек, которые помогли тебе сегодня, – они из прошлого, они жили сотни, даже тысячи лет назад. А я из будущего. Ты шепчущая сейчас, а я… буду позже. Между нами всеми существует некая вневременная связь. Возможно, когда-нибудь мы поймём досконально, как она работает, и тогда напишем свою главу в книге. – Её голос становится тоньше, а тело начинает мерцать. – Ты чистокровная шепчущая, Пегги, самая сильная в твоём времени. Но иногда даже избранным девочкам из рода Девона нужна помощь. Мы всегда рядом, если она тебе потребуется. Как и остальные, конечно.

– Остальные?

– Да! Мы повсюду, если начать искать. Прямых потомков, как я и ты, не так много, но наш род ветвистый. Вместе мы сильнее.

Ветвистый род? Я вспоминаю пергамент, который видела на полу кабинета мистера Блетчли. Может, это было генеалогическое древо?

– Как тебя зовут? – я уже едва вижу её, мою шепчущую родственницу из будущего.

– Мег. Меня зовут Мег. Кстати, назвали так в твою честь.

– О! Как мило! Прощай, Мег.

– Береги книгу! Они пойдут на что угодно, лишь бы заполучить её!

Они? Но Мег уже исчезла.

Мы заходим в кабинет губернатора. К Салли вызвали доктора, и я выхожу в коридор, чтобы немного побыть одной; мне горько от тоски по папе – и в то же время радостно, потому что Салли жива. Я не знаю, какое чувство проживать сначала.

От безжизненного тела мистера Тейта, лежащего в стороне, осталась только сморщенная, высохшая оболочка.

– Он мёртв, – говорит тюремный доктор. – Судя по всему, сердечный приступ.

– Ну и хорошо, – говорю я.

Доктор вскидывает бровь:

– Я осмотрю остальных. Здесь я уже не нужен.

Я переступаю через тело мистера Тейта, пустое, неподвижное и никчёмное. Однако того же нельзя сказать о его духе, который орёт мне в ухо с тех пор, как я сюда пришла.

– Вернись сюда, девочка! – говорит он. Дух Тейта нависает надо мной, в смерти ещё более уродливый, чем в жизни: заострившиеся до невозможности черты, выпученные глаза, чёрные одежды извиваются, точно живые змеи. Белый воротник заляпан кровью и так тесен, что впивается в шею.

– Ты жалкий злобный человечишка! – шиплю я. – Ты собирался повесить Салли – ради денег?! Ты хотел бросить меня в сумасшедший дом, выставить помешанной, чтобы никто не поверил моим словам, тому, что духи сообщили мне про тебя, – ради денег?! – Я качаю головой. – С меня хватит. Сгинь.

– Ты правда думаешь, что дело было в деньгах, глупая девчонка? Деньги – это только часть. Разве ты не понимаешь? Ты воплощение скверны, Пегги Девона. Я всю жизнь посвятил тому, чтобы избавить эту землю от нечестивых созданий вроде тебя. И я не одинок: нас множество, и остальные только выжидают, чтобы в подходящий момент уничтожить тебя и тебе подобных. Салли была всего лишь приманкой.

Приманкой? Я оглядываюсь, чтобы убедиться, что я в коридоре одна, и прицельно пинаю тело Тейта в бок:

– Ты из «Благочестивых», да?

– Я и есть Благочестивый! – отвечает дух. – Я создал эту организацию, это моё детище. И мы повсюду.

Его силуэт полыхает по краям красным и чёрным, словно догорающие угли: нечто плохое идёт за ним. С немым трепетом я смотрю, как тени подкрадываются к нему. Тейт дёргается и отбивается от чего-то чёрного и суставчатого, схватившего его за руку:

– Что это за твари лезут ко мне?! – Он тянется ко мне, но его резко отбрасывает назад, вёрткие сущности обвивают его ноги и грудь. – Они кусаются!

– Ты не можешь оставаться здесь, Отто. Пора уходить.

– Твой драгоценный папочка остался!

Я гордо расправляю плечи:

– Мой отец был из рода Девона. – У меня перехватывает дыхание. Я не привыкла говорить о папе в прошедшем времени. – А к тебе, Тейт, это не относится.

Я иду обратно в кабинет губернатора, предоставив Отто Тейта его судьбе. Закрываю дверь и бессильно прислоняюсь к ней спиной.

– Всё… в порядке? – спрашивает Амброуз, встревоженно глядя на меня.

– Теперь, думаю, да. – По крайней мере, я на это надеюсь. – Значит… мы все родственники? Ты, Сесилия, Оти – мы все? – спрашиваю я.

Амброуз кивает:

– Сесилия – нет, а все остальные – да. Очень дальние, но сейчас это не важно. А я всё время думал, что получил место благодаря своим способностям и репутации, а оказывается, это была родственная протекция.

– Но… вы двое – вы же мужчины, – говорю я. – Я думала, что только женщины…

– О боже мой – да, от нас, мужчин, самих по себе толку никакого, – вмешивается в разговор мистер Блетчли. – Сегодняшний вечер стал скорее исключением, количество было важнее качества. – Он улыбается. – Но ты абсолютно права. Мы все из рода Девона.

– Мы все из рода Девона, – в изумлении повторяю я. – А пергамент в вашем кабинете…

– …это часть исследования. В какой-то момент я понял, что все шепчущие, которых я знал, были из рода Девона, и подумал, что, может быть, если я найду ещё больше потомков Девона, то найду и больше шепчущих.