Женщина очень хотела дочку, а её муж не хотел ни дочки, ни её самой. Когда женщина узнала, что у неё будет ребёнок, муж взял и бросил её. И дочь никогда не видела своего отца. Мама её защитила диссертацию и стала преподавать математику в политехе. Иногда она задерживалась, но девочка ходила на продлёнку и не очень скучала. Дома ей было грустно, а на продлёнке хорошо. А потом у девочки начались обмороки. Мама срочно повела её к врачу. Оказалось, что у неё врождённый диабет и она должна быть на строгой диете. Девочка не понимала, почему она, такая тоненькая, не может есть ничего радостного, что приносят детям на праздник. Однажды ей всё-таки удалось съесть пирожное в буфете, и ей стало так плохо, что она чуть не умерла. Она долго плакала, когда пришла в себя, хотела поскорей выйти из больницы и пообещала матери, что больше никогда не будет есть ничего недозволенного. Особенно тяжело было девочке на Новый год, когда мамина администрация устраивала ёлку и всем детям дарили конфеты. Но девочка терпела. Потому что мама рассказала ей ещё в больнице, что у неё тоже диабет и она ест только то, что положено. «Мама, а в чём же тогда твоя радость?» – спросила девочка. «В тебе», – ответила мама. И девочка поняла, что она всегда должна оставаться радостью для своей мамы, так как других радостей у мамы нет. Поэтому она терпеливо сносила диету, анализы и инъекции инсулина. А со временем она поняла, что получить радость легко, а вот быть радостью ох как непросто.
Это были десять дней предпоследней школьной весны, дней, наложивших отпечаток на наши дальнейшие отношения и заставивших переосмыслить многое друг в друге.
Напоследок Курица предложила тему «мечта».
– Значит, так, – начала она с места в карьер. – Жила-была и весь этот халоймес к чёрту. Одна чувиха была поставлена перед фактом, что мутерша её уходит к хахалю и при этом ещё выходит за него замуж. Оцем-тоцем паровоз! Ну, нехай, как говорится. Так нет, этого ещё мало. Потом оказалось, что у мутерши будет ребёнок. То есть ей и муж, и ребёнок, и всё сразу привалило. Через пару месяцев ребёнок уже появился. Мальчик. Все мутершу поздравляют, включая и бабушку, что теперь эту чувиху воспитывала. А чувиха возьми и пораскинь мозгами – что ж это они мутершу её поздравляют, а её саму никто даже не удосужится с единокровным, можно сказать, братом, поздравить? Она как заявилась на ту хазу, где мутерша теперь жила, да как взглянула на Федьку, а он вылитый она. «Что же вы, сволочи, меня с братом не знакомите? Может, я у него единственная старшая сестра! Вот вы тут все копыта пооткидываете когда-нибудь, а кто за Федькой смотреть будет? Кто опорой ему станет?» И она как выхватит Федьку, который тоже орать начал из-за такого безобразия, как начнёт его качать, а он и замолчал. И улыбаться ей начал. А мутерша перепугалась, Федьку у неё из рук вытянула. Тогда чувиха рассердилась и пожелала ей: «Что б ты ещё раз замуж вышла, а Федьку со мной оставила!» Чувиху, понятное дело, выпроводили за дверь и приходить запретили. Но зато у неё появилась мечта. А то раньше что? Сидит без матери, в учебник после школы пялится без всякого смысла, а бабушка ей то то, то сё подкладывает на блюдечке… А теперь хоть стало о чём помечтать.
Все были немного в шоке от этого рассказа. На такой ноте никто не хотел заканчивать посиделки.
Тогда поднялась Янка и, пылая щеками, объявила, что ей тоже есть что рассказать. Все с надеждой посмотрели на неё.
