— Сыюнь! — позвала я, потому что знала только ее из всех, кто мог добраться до нас. — Помоги! Тай… ранен! Помогите! Кто-нибудь! Прошу…
Появился яркий свет, стал силуэтом женщины, завис над водой у дверцы дракона. На миг я приняла ее за Сыюнь, но свет потускнел, и стало видно Ибситуу в серебряной ауре, белом одеянии и с деревянными бусами.
Мой рот раскрылся.
— Вы тоже юэшень?
Она тепло улыбнулась.
— Нет. Но я недавно отточила заклинание, которое позволяет моему духу покидать временно тело. Я работала над ним перед тем, как ты прибыла в храм. Мир духов странный, и это было необходимо. Мое тело все еще в Байхешане.
Я поражалась ее способностям… Я слышала о людях, покидающих живые тела, только в легендах. Хоть я хотела спросить, как она нас нашла, я отогнала вопрос. Она посмотрела на Тая, прижала ладонь к его лбу. Синие искры заплясали на ее пальцах.
Глаза Тая приоткрылись.
— Ибситуу?
— Я здесь, — она помрачнела, увидев его рану. — Но я не могу исцелить твою рану. Только магия Речной жемчужины может тебя спасти. Ты можешь сказать нам, что ты видел в свитке Канга о ней.
Тай издал сухой смешок, который стал кашлем.
— Не сработает.
— Почему? — спросила я. — Ты использовал ее на мне. Как ты это сделал?
Он покачал головой.
Ибситуу нахмурилась.
— Скажи, Тай. Не время стесняться.
— Ну, да, — он будто пытался улыбнуться. — Теперь я унесу тайны в могилу.
Ибситуу хмыкнула. Она щелкнула пальцами, и Тай резко застыл на месте. Магия мерцала на его теле, окружая его бело-желтыми вспышками.
Я взглянула на Ибситуу.
— Что вы сделали?
— Я устала от его шуток и заморозила его во времени.
Я уставилась на нее. Она улыбнулась.
— Он не собирался отвечать, а на его глупости у нас времени нет. Мои чары не дадут его состоянию ухудшиться, — она повернула ладонь, и его глаза закрылись. — Вот. Так они не засохнут, пока он ждет.
— Ждет чего?
— Пока ты спасешь его. Как я и сказала, только Речная жемчужина может исцелить эту рану. Когда чары пропадут, пройдет будто лишь миг. Мы можем потом спросить, как он активировал жемчужину. Чары не продержатся долго — не намного дольше моей астральной проекции. Но это даст ему шанс.
— Как мне разморозить его, если вы пропадете?
— Чары сами рассеются. Наверное, через час после моего исчезновения.
Я постучала пальцами по рукам.
— Жемчужина у Канга на борту его летающего корабля. Как мне попасть туда одной?
— Ты не одна. Ты со мной, — она села на пятки. — Меня тянула к этому месту большая вспышка темной магии. Когда я прибыла, я услышала твой зов. Что случилось?
Я описала, что мы раскрыли, говоря так быстро, что слова почти сталкивались. Я рассказала ей об армии автоматонов, и как он хочет захватить трон, и как мы решили, что Канг ловил духов для питания машин, но ловушка проклинала их, и они становились чудовищами… лигуи.
Ибситуу невесело улыбнулась.
— Похоже, Тая от ловушек защитило то же, что и от Мованя. То, что он наполовину человек. Юэшени презирали его за это, но это уберегло его от их судьбы.
Это было почти забавным.
— Мне не нравятся юэшени, но я не хочу им страданий. Это нужно остановить.
Она серьезно кивнула.
— Все сложилось. С нашего прошлого разговора я узнала, что лигуи вызвал кто-то на Земле, создал связь между нашим миром и царствами за гранью. Но я не могла отследить источник связи. Я знала лишь, что, если ее разорвать, лигуи вернутся на свое место, и мы будем свободны от них.
— То есть, Канг — связь.
— Да. Лигуи привязаны к его жизни. Чтобы создать машины, о которых ты говорила, ему нужно было заставить духов вести себя как те машины. Проклятие в ловушке заставляет их направлять чистую агрессию и двигаться как одно целое. Потому лигуи нападают внезапно и большим количеством. Потому некоторые кажутся несколькими существами, соединенными в одно. Они лишены сознания.
Это объясняло их странные действия. У них не было цели, жизни. Они были лишены душ, остались только инстинкты разрушения.
— И они принимают облик зверей, потому что забыли, кем были, — отметила я. — Значит, они все обречены?
Ибситуу развела руками.
— Не знаю. Вряд ли — Райские хранители не стали бы жестоко отмечать души, проклятые другим. Думаю, их жизни кончились, когда они стали лигуи, но их души не могут уйти из-за связи. Может, убивая их, ты их отпускаешь.
Я вспомнила, как была в страже Дайлана. Сколько бы мы их ни уничтожали, источник, формирующий их, казался бездонным.
— Откуда их столько? Я знаю, что разрушение машин их выпускает, но у Канга не могли уничтожить столько машин, верно?
