Все это я описал со слов Карло. Важность этого события, произошедшего в тот дождливый февральский день, вероятно нуждается в пояснении. В эпоху Рисорджименто Папское государство включало в себя богатые светские области размером примерно в семнадцать тысяч квадратных миль: весь город Рим, большие территории севернее Тибра, большую часть земель южнее По, равнины, реку и города от Тирренского моря до Адриатического; население этих областей численностью свыше трех миллионов человек было грубо вырвано из-под власти папы силами реформистов. Новый порядок Муссолини, нуждавшийся если не в явной поддержке со стороны церкви, то хотя бы в ее молчании, которое можно было истолковать как согласие, предложил уладить отношения между церковью и государством и компенсировать церкви утрату мирской власти. Латеранский договор обеспечил провозглашение Ватикана независимым суверенным государством. Три храма — Святого Иоанна Латеранского, Санта-Мария Маджоре и Святого Павла со всеми прилегающими к ним жилыми постройками были объявлены экстерриториальными; на них не распространялись налоги на недвижимость. То же касалось и летней резиденции папы в Кастель-Гандольфо, а также еще нескольких зданий в черте города Рима. В ответ на это Ватикан официально признал Итальянское государство и светский характер остального Святого города, что теперь звучало неподходяще к Риму. Но Ватикан также настоял на том, что хотя государство и не будет вмешиваться в дела церкви, канонические законы церкви тем не менее должны превалировать над светскими законами общежития. Таким образом, светские власти не имели права расторгать браки и обязаны были признавать церковный брак. На самом деле Латеранский договор состоял из трех отдельных соглашений. Первым был Латеранский пакт, создающий государство Ватикан. Кроме того, имелось финансовое соглашение, по которому Италия давала Ватикану сумму примерно равную девяноста миллионам долларов частично наличными, частично в государственных облигациях и соглашалась платить стипендию приходским священникам. А кроме того, был еще и Конкордат, согласно которому духовенство освобождалось от уплаты налогов и под финансовый контроль Ватикана был передан ряд так называемых церковных корпораций на всей территории Италии. Конкордат также запрещал протестантскую библию и евангелические собрания даже в частных домах. Католицизм объявлялся официальной религией Итальянского государства. Преподавание религии в школах делалось обязательным, а учебные заведения, находящиеся под эгидой церкви, получали преимущественные права по сравнению со светскими частными и государственными школами. 11 февраля, день подписания, был объявлен официальным государственным праздником. 7 июня 1929 года в день ратификации договора папа учредил особую администрацию Святой курии, главой которой был назначен Бернардино Ногара, родственник архиепископа Удине. Карло не был до конца удовлетворен этим; он был уверен, что он сам куда лучше распорядился бы всеми этими миллионами. Ногара, говорил он, отнюдь не святой. Он — лжец и лицемер. К тому же, бесстыдный мирянин, не стесненный церковными обычаями. Он уже допустил использование денег Ватикана в сомнительных светских предприятиях.
— Деньги есть деньги, — возразил я Карло, — неважно кто ими распоряжается. Они не грязны и не чисты. Даже деньги, полученные Иудой, сами по себе не замешаны в предательстве. Как животное. И как животному им положено умножаться. Это закон природы.
Ногара приумножил деньги с помощью компании “Италгаз”, которую он купил у Ринальдо Пандзараса, когда принадлежащий тому картель стал тонуть. Вскоре огни “Италгаза”, контрольный пакет которого перешел Ватикану, шипели и горели в домах тридцати шести итальянских городов. Включая бордели. Ватикан также поглотил “Общество итальянской вискозы”, “Супертессиле”, “Меридиональное общество текстильной индустрии” и “Сизарайон”, объединив их всех в компанию CISA-Viscosa под контролем другого совсем не святого барона Франческо Мария Одессо. Но мозгом всего бизнеса был Ногара, сумевший убедить дуче, который был полным невеждой в экономике, как, впрочем, и во всем остальном помимо напыщенных речей и заказных убийств (хотя и написавшим роман не хуже любого из моих собственных под названием “Любовница кардинала”), в том что принадлежащий Ватикану банк есть, на самом деле, церковь, его операции освящены Святым заступником, а потому, согласно статьям 29, 30 и 31 Конкордата должны быть освобождены от налогообложения. Даже после экономического краха 1929 года Ногара вынудил Муссолини принять перевод сильно обесцененных акций трех банков, в которые Ватикан много инвестировал — Банко ди Рома, Банка Святого Духа и Сардинскиго земельного кредита — под контроль государственной компании, руководившей бесполезными предприятиями, под названием “Институт промышленной реконструкции”, причем не по текущей рыночной цене этих бумаг, а по изначальному номиналу. Ватикан на этом заработал 632,000,000 долларов, а итальянская казна списала их как убыток.
