Донни снова шагнул в промозглую темноту. Его новые кроссовки «Brooks Elan MXT550» белели в зимнем полумраке. Кроссовки – всегда из последней коллекции – были отличительным признаком Донни все пятнадцать лет, что он в деле. Донни начал поздно, в девятнадцать, обычно уличные мальчишки делали первые шаги в бизнесе лет в четырнадцать, однако быстро наверстал и сейчас контролировал рынок в этой части города. Он и три его дилера подсадили на наркоту несколько поколений. Чему немало способствовали моложавый вид и стильный прикид Донни, который даже сейчас, в тридцать четыре, позволял ему сойти за своего в школьных дворах.
– Майрон, считаю до трех, и, если ты прямо сейчас не приползешь сюда на карачках, я убираюсь к чертовой матери.
Если бы место предложил Майрон, Донни и не подумал бы приходить. Но место выбрал он сам, ему нравилось, когда есть несколько путей к отступлению. Одним из которых он и собирался воспользоваться прямо сейчас. Сам Донни на улице не работал, предоставляя отдуваться своим парням, но наценка на героин была слишком высока, чтобы делиться с посредниками.
– Майрон?
– Здесь я.
Голос из темноты не принадлежал Майрону.
Донни вытащил свой «грендель пи-10». Маленький полуавтоматический пистолет, корявый на вид – вылитый фазер из «Стар трека», как заметил однажды Кути Мантиццо, – но удобного размера и самовзводный, а уж Кути, однажды случайно простреливший себе бедро из своего дурацкого «браунинга», должен такое ценить. К тому же для своей убойной силы пистолет занимал слишком мало места. Донни зарядил его одиннадцатью патронами девять на семнадцать миллиметров и уже снял с предохранителя.
– Майрон не придет, – продолжил голос из темноты. Какой-то придурок ниже среднего роста пошевелился у дальней стены.
Донни отступил в тень и тоже прислонился к стене. Придется играть втемную, один на один. Он похлопал себя по карману, нащупывая пакетик с героином. Сбросить? Нет. Внезапно Донни воспрял духом – копы и ребята из Управления по борьбе с наркотиками так себя не ведут. Те обычно орут во всю глотку: «Стоять, полиция!» А кроме того, копы в его владения не суются – за это Донни мог поручиться, – а наркополицейские не вылезают из ниггерских районов.
– Майрон вчера овердознулся, – сообщил голос в тридцати футах справа от Донни. – Я заберу товар вместо него. Выходи на свет, поговорим.
«Как же, разбежался», – подумал Донни. Он пригнулся и переместился влево, кроссовки ступали почти бесшумно. Это точно не копы и не ребята Кути… может быть, старина Донатти решил взяться за старое? Сам или один из его мексикашек из новых районов.
Донни взял влево, держа «грендель» на взводе. «Давай, придурок, ври дальше».
– Я деньги принес, – пролепетал незнакомец. – На прошлой неделе Майрон сказал мне, что ты его дилер. Он не возражает, если ты продашь мне его товар.
Донни затаился за грудой кирпичей. Теперь никто к нему не подберется. Впрочем, Донни сомневался, что тип явился в компании. Иначе его дружки отрезали бы Донни от выхода, как только он вошел. А теперь преимущество на его стороне, а еще отличная позиция для стрельбы.
– Я выхожу, – раздался голос. – Встретимся в центре комнаты.
«Выходи-выходи». Сжимая пистолет обеими ладонями, как учил его двоюродный брат-полицейский, Донни положил руки на верхний кирпич. Он купил «грендель» для стрельбы с близкого расстояния – и уже дважды пускал его в дело при подобных обстоятельствах, – но Донни знал, что, даже стреляя от бедра, с расстояния в десять ярдов сумеет всадить в противника восемь-девять пуль из одиннадцати.
Именно столько было до круга света, протянувшегося от дверного проема.
– Иду! – крикнул Донни. – Встретимся в центре.
Он опустил прицел.
– Хорошо! – Голос незнакомца звучал все тише.
Может быть, он не врал насчет сделки? Да только Донни не проведешь.
Из темноты выступила фигура. Коротышка, ростом примерно пять футов семь дюймов. Незнакомец стоял на краю светового круга. Глаза Донни привыкли к темноте, и теперь он мог поручиться, что, кроме них двоих, в комнате никого нет. Да и темнота уже не была такой непроглядной, чтобы коротышка мог незаметно ускользнуть.
– Я лгал тебе, Донни, – промолвил незнакомец, не обнаруживая и следа былой робости. – Я пришел, чтобы свершить над тобой правосудие.
«Правосудие? Что за ахинею несет этот урод?»
– Ладно, давай поговорим, – сказал Донни, надеясь, что незнакомец шагнет ближе. Но просчитался. – Ладно, – повторил Донни, – значит, поговорим.
И выпустил очередь из шести выстрелов, только гильзы падали на пол рядом с кроссовками.
Судя по звуку, три выстрела достигли цели. Незнакомец охнул и неловко осел на пол. Он лежал на спине, раскинув руки, и не дергался.
Донни ждал целую минуту, прежде чем, пригнувшись, осторожно шагнуть вперед, избегая круга света, и внимательно следя за тенями. После того как в течение еще двух минут ничего не происходило, Донни быстро подошел к телу.
