В качестве выкупа предлагались шкуры горных баранов, медные изделия, а также закупленная в городах провизия. Но в итоге так ни на чём и не сошлись. Решено было отправиться к вампирам, и уже там, на месте, выяснить, что им больше по душе. Правда, здесь оборотни разделились на два лагеря: одни настаивали на том, чтобы выдвигаться немедленно, другие не видели в спешке никакого смысла и склонялись к утренней экспедиции. В числе первых были Тангай, а также отец Тазы — тот самый оборотень, что осадил Шэнзая в бане. Вторую группу спорщиков возглавлял сам вожак. В результате яростных дебатов решили-таки нанести визит вампирам утром. Победил и авторитет Шэнзая, и заметное численное преимущество его сторонников.
Под возмущённые выкрики оставшихся в меньшинстве толпа разошлась по домам. Я поспешила покинуть сходку первой, чтобы не попасться на глаза зеленоухому гаду.
Но он всё равно припёрся и устроил мне жёсткий допрос. Подозрения, что я причастна к исчезновению Тазы, явно не покидали его. В конце концов посоветовала ему порасспросить стражников — как-никак они не отходили от меня ни на шаг и должны были слышать всё, о чём я говорила с Тазой.
Процедив сквозь зубы, что мне не удастся сбежать, даже если я сговорюсь со всем племенем, Шэнзай всё-таки пошёл опрашивать стражу. Тем, естественно, нечего было ему рассказать, и мерзавец наконец оставил меня в покое.
Ночь я провела в кошмарном полусне. Ворочалась, проваливалась в забытьё, потом вскакивала в холодном поту и опять ворочалась.
Вырубилась уже под утро — последний раз, когда смотрела на часы, было начало пятого. Шаги зашедшего в комнату гарсона заставили меня вскочить как ошпаренную. Спросонья показалось, что это пришёл палач.
Встряхнув головой, спросила оборотня, отбыла ли делегация к вампирам. Он ответил, что сегодня все поднялись поздно, но несколько минут назад Шэнзай уже объявил сбор.
Честно говоря, я бы предпочла, чтобы они уже вернулись. Потому что ещё несколько часов нервотрёпки доконают меня окончательно.
Ох, что же решат вампиры?..
Про своё освобождение я даже не думала. Это была отдельная больная тема. Сейчас главное — вернуть Тазу. Если она, конечно, там. Мысли о несчастном случае по-прежнему царапали сердце железными когтями.
— Нет, вариант ещё и в клетке Тазу держать мне категорически не нравится, — решительно возразил я.
Анриэл вздохнул и театрально закатил глаза. Но потом повернулся к девушке:
— Ты готова дать клятву, что не попытаешься сбежать? Тогда выпущу тебя из клетки.
— Готова, — не колеблясь, замотала головой та.
Вампир приложил ладонь к прутьям, и в клетке вдруг открылась дверца — хотя раньше её там близко не наблюдалось.
Круто!
— Пойдём, — сказал он Тазе.
Девушка поспешно выбралась на волю и пошла с главой. Естественно, я тоже отправился с ними.
Анриэл подвёл её к тому самому многофункциональному дереву.
— Не передумала? — спросил он.
Таза несмело кивнула. Интересно, в курсе ли она, что это вообще за дерево? А может, напротив, знает куда больше меня? Потому и решимость подрастеряла.
— Тогда клянись, что не предпримешь попытки сбежать, — потребовал Анри.
— Но я не знаю, как сказать на вашем языке, — растерялась она.
— Это неважно, — отмахнулся глава. — Дрэ́йдэ поймёт тебя на любом языке.
Девушка произнесла слова клятвы. И, как только закончила, дерево ожило, зашелестев листочками.
— Всё, клятва принята, — объявил вампир. Затем посмотрел на меня: — Желаешь спросить, почему я хотел оставить её в клетке, вместо того чтобы сразу стребовать клятву?
Конечно, я кивнул — тем более что вопрос действительно вертелся на языке.
— Потому что труп заложницы мне нужен меньше всего на свете. А теперь, если всё-таки вздумает сбежать, живой ей из нашего леса уже не выйти.
У меня чуть не отпала челюсть. Выходит, это замечательное деревце, помимо всего прочего, ещё и каким-то образом командует силами всего леса?
Вот же ж… эльфы!
— Тангай, мой муж, наверняка беспокоится, куда я подевалась, — смущаясь, тихо заговорила Таза. — Вы не могли бы сообщить ему…
— Нет, — решительно мотнул головой Анри. — Тебе же лучше, чтобы мы не проявляли никакой заинтересованности. Иначе тебя могут всё же заподозрить в пособничестве Ольге. Но твои узнают, что ты здесь, как только прибегут выяснять, не попала ли ты к нам в плен. Идёмте, дозавтракаем наконец.
Он сделал жест, кажется, нам обоим. Однако ворсхи замялась в нерешительности, очевидно, вовсе не приняв приглашение на свой счёт.
— Пошли! — рявкнул глава уже персонально ей.
В столовой к этому моменту не осталось никого, и лишь две порции — Анриэловская недоеденная и моя нетронутая — стояли на столе, накрытые магическими колпаками.
Впрочем, Анри тут же вызвал слугу и распорядился принести ещё один завтрак, а Тазе велел садиться за стол.
Правда, спокойно доесть нам так и не удалось. Уже минут через десять в столовую заявился один из дозорных, забравших у Шэнзая меня.
