– Лорд Дэшелл весьма прижимист, когда дело доходит до подарков. Он даже не захотел отвести меня в приличный ювелирный магазин.
– И правильно сделал. – Теперь Скалли весь лучился желанием угодить. – У меня здесь имеются вещички самого лучшего качества. И стоят совсем недорого. Не то что в шикарных магазинах.
«Неудивительно, – подумала Рори. – Ведь здесь все краденое…»
– Покажи, что у тебя есть, – с высокомерным видом приказал маркиз. – И имей в виду, меня интересует только самое лучшее.
– Сию минуту, милорд.
Скалли метнулся в заднюю комнату. Рори могла поклясться, что под его сюртуком промелькнул длинный крысиный хвост. Едва лишь он скрылся, она повернулась к Лукасу. Помня, что их могут подслушать, девушка прошептала:
– Мог бы предупредить меня о своих намерениях.
– А ты что-то имеешь против роли моей любовницы? – Маркиз тоже говорил тихо. – Скажи я тебе об этом заранее, ты бы немедленно прочла мне лекцию об эксплуатации женщин, взаимоотношении полов… и о прочей чепухе.
– Какой вздор! Ты ведь знаешь, я сделаю все возможное, чтобы найти ожерелье и узнать, кто выманил его у Китти.
– Вот и хорошо. Только не переигрывай. И кстати, не думай, что я не заметил, как он поедает тебя глазами.
Его взгляд опустился на ее грудь, и мысль о том, что Лукас, возможно, ревновал, доставила Рори ни с чем не сравнимое удовольствие.
– Тогда не надо было срывать мою косынку, – пробурчала она. – И сам не смотри на меня таким голодным взглядом.
Лукас с трудом отвел глаза от груди своей спутницы и заглянул ей в лицо. Даже при скудном освещении она заметила, что его шея и лицо приобрели красноватый оттенок. Он молчал, но в этом не было ничего нового. Более того, ей даже нравилось сознавать, что ему не хватало слов.
– Между прочим, ты зря велел Скалли принести все самое лучшее. Ожерелье Китти подарил мой папа, а он не был набобом.
– Тогда надо было описать его заранее… Топаз.
На губах Лукаса снова появилась озорная улыбка. У Рори же вдруг перехватило дыхание, и она с трудом пробормотала:
– Откуда ты взял такое… нелепое имя?
– Почему же нелепое? Твои глаза напоминают два роскошных золотисто-коричневых топаза, – ответил Лукас, низко склонившись к девушке. Рори в изумлении раскрыла рот. Неужели он пытался ухаживать за ней? А хотела ли она этого? Но тут Дэшелл выпрямился и сухо проговорил: – Как ты считаешь, сработает ли такой прием с мисс Киплинг? Хотя у нее голубые глаза, а значит, придется заменить к этом комплименте топазы на сапфиры.
Рори невольно вздрогнула. О, лучше бы он вылил ей на голову ведро холодной воды! Она с досадой поняла, что маркиз легко мог обмануть ее, а за его непроницаемой маской скрывался острый ум. А ведь все его считали сухарем, напрочь лишенным чувства юмора и всех прочих человеческих чувств… Пожалуй, люди ошибались, потому что… Но додумать эту мысль Рори не успела – в следующую секунду послышались шаги возвращавшегося продавца.
Нед Скалли вернулся в магазин в сопровождении плечистого мужчины с уродливым шрамом на щеке. Грозный страж занял место рядом с хозяином. Ирония судьбы – скупщик краденого боялся воров.
Скалли водрузил на прилавок кожаный чемоданчик и открыл его. Расстелив на прилавке синюю бархатную салфетку, он достал из чемоданчика ожерелье и, положив его на салфетку, сказал:
– Вот, взгляните на это. Прекрасная вещь.
Рори на мгновение замерла, не в силах оторвать глаз от великолепной вещицы. Такое ожерелье могла бы надеть королева. Крупные бриллианты и жемчужины, казалось, подмигивали ей с синего бархата. В центре же украшения красовалась подвесная жемчужина в форме капли. Но, к сожалению, это чудесное ожерелье ничем не напоминало намного более скромное ожерелье Китти.
Лукас впился в девушку взглядом.
– Ну… что ты об этом думаешь, дорогая?
Сделав над собой усилие, Рори поморщилась.
– Жемчуг? Он приносит беду. Унесите это скорее.
– Но вы только взгляните… – заговорил Скалли, – ведь это…
– Она сказала «нет», – перебил Лукас. – Покажите что-нибудь другое.
– Да, милорд. Не сомневайтесь, у меня много всего.
Продавец вернул ожерелье обратно в чемоданчик и достал другое. Это было выполнено в виде усыпанного бриллиантами банта, свисавшего с массивной золотой цепи.
– Какая безвкусица! – воскликнула Рори. – Уберите это!
Она находила недостатки во всех ожерельях, которые ей демонстрировал продавец. Камни были слишком аляповатыми или слишком простыми, слишком вычурными или совсем незаметными, претенциозными или просто-напросто никудышными. Бедный Скалли весь взмок и то и дело вздыхал. Лукас же в какой-то момент нахмурился и проворчал:
– И это все, что у вас есть?
– Если говорить о бриллиантах, то да, милорд. Но у меня есть чудесные сапфиры, потрясающие изумруды – и другие камни тоже. Мисс Топаз, вы только представьте, как восхитительно будут выглядеть на вашей коже рубины…
– Не расстраивайся, дорогая, – сказал Лукас и, больше не обращая внимания на продавца, повел Рори к выходу. – Мы поедем в другой магазин, – бросил он через плечо.
– У меня есть бриллиантовые броши! – неслось им вслед. – А также серьги, браслеты и диадемы!
