Рори взяла свечу, зажгла ее и опустилась на колени перед низкой тумбочкой розового дерева. Выдвинув один ящик, она увидела увеличительное стекло, несколько флакончиков с нюхательными солями и связку карт. Все это не представляло никакого интереса. В другом ящике она увидела письма. Методично просмотрев их, она убедилась, что ни одно из них не было написано старым маркизом Дэшеллом своей любовнице Китти Пэкстон.
– Твоего отца звали Уильям? – спросила она.
Лукас поднял голову.
– Да, Уильям. Что-нибудь нашла?
– Здесь много писем, по большей части – от управляющего Ньюкомба. Еще есть несколько требований, касающихся уплаты долгов.
Лукас поморщился. Рори же вспомнила, что подобные требования видела и в его кабинете. Тогда финансовое положение маркиза вызывало недоумение. Но теперь, узнав его лучше, Рори понимала, что ему не свойственны необдуманные экстравагантные решения, равно как и ненужный риск. Он казался слишком умным и осторожным человеком, поэтому не мог бы промотать все наследство, ввязавшись в рискованные финансовые операции.
Рори искоса наблюдала за ним.
– Твой отец посещал подобные сборища? – спросила она.
Лукас буркнул нечто неопределенное. Он явно не желал говорить на эту тему. Немного помолчав, Рори вновь заговорила:
– Я, конечно, не хочу вмешиваться, но…
– Вот и не вмешивайся.
– Но мне интересно! Он, насколько я поняла, был заядлый игрок. А Фландерс даже сказал, что ты теперь займешь его место.
– Фландерс – горький пьяница, – сказал Лукас и задвинул ящик. – Не верь ни одному его слову.
– Он был близким другом твоего отца, а значит, у них были одинаковые пороки – женщины, азартные игры – и все такое…
– Моего отца нет в живых. И нет никакого смысла обсуждать его грехи.
– Я всего лишь хотела кое-что прояснить. По словам Китти, леди Милфорд сказала ей, что ты лишился наследства из-за необдуманных финансовых операций. Но это не может быть правдой! Это твой отец растратил семейное состояние, верно? И ты тут абсолютно ни при чем. Возможно, он все проиграл. А ты унаследовал его долги, не так ли?
Лукас выдвинул очередной ящик и проворчал:
– Ты зря тратишь время. Лучше ищи письма.
Рори задумалась. Тот факт, что Лукас не стал возражать, говорил о многом. Теперь она точно знала, что он не делал никаких необдуманных вложений. Безрассудство его отца сказалось на положении всей семьи. Из-за этого человека серьезно пострадала леди Дэшелл, лорд Генри лишился возможности последовать зову сердца, а Лукас вынужден был жениться на деньгах, чтобы усмирить кредиторов.
Рори просмотрела содержимое остальных ящиков, но не нашла ничего интересного. И все это время она думала о старом лорде Дэшелле. Она помнила его пьяницей, который любил исподтишка щипать дам. Но он, оказывается, был стократ хуже и вполне соответствовал сборищу негодяев в гостиной этого дома.
– Лукас, я хочу спросить…
– В чем дело? – проворчал маркиз.
– Твой отец был для тебя плохим примером, но ты тем не менее вырос порядочным человеком. Скажи, неужели у тебя не возникало искушения играть… или предаться другим порокам?
Лукас поморщился. Какие же неприятные вопросы… Он сейчас чувствовал себя точно медведь в клетке, в которого тычут горячей кочергой. Перо, которое маркиз только что достал из ящика, сломалось в его руках, и он швырнул обломки обратно в ящик. Никогда и ни с кем не обсуждал он пороки своего родителя. Прошлое лучше оставить в прошлом. Однако же… Ох, ему становилось не по себе, когда Рори смотрела на него своими огромными пытливыми глазами.
Она сейчас сидела на полу в лужице из шелка цвета бронзы. Ее нежное личико обрамляли непокорные локоны. Свеча на тумбочке заливала мягким светом ее изящные черты. Теперь он знал, как нежны ее чувственные губы и как ужасно ему хотелось снова ощутить их вкус.
– Конечно, возникало искушение, – ответил он. – Тем более что отец об этом позаботился.
– Ты хочешь сказать, что он пытался развратить тебя?
Черт, он не желал это признавать! Ему не хотелось говорить об этом. Но, с другой стороны… Если он сейчас кое-что расскажет, Рори, возможно, перестанет его донимать.
– В мой шестнадцатый день рождения отец отвел меня в бордель и нанял трех шлюх, чтобы обслуживали меня всю ночь.
Глаза девушки округлились.
– Трех? Но зачем так много?
– Он хотел, чтобы я познал радость обладания несколькими женщинами сразу и больше никогда не довольствовался одной. Он считал моногамию скучной, понимаешь?
– О, Лукас, мне так жаль… – Рори умолкла, не зная, что еще сказать.
