Утром королевский дворец Ламандии больше похож на муравейник. Слуги оживленно бегают по нижним этажам, исполняя срочные поручения. Придворные с любопытством толпятся у окон, наблюдая за тем, что происходит во дворе. Внезапный отъезд короля в компании императрицы Аурии всполошил всех: от самых приближенных советников до простых слуг. Эмиль буквально чувствует на себе множество внимательных взглядов. Он крепче сжимает руку Каталины, неспешно продвигаясь к конюшне. Они оба осознают, что стали самыми обсуждаемыми особами не только во дворце, но и по всей столице. Праздник Сердец, который порадовал горожан неожиданным чудом, не остался незамеченным. Слухи в Ламандии разносятся слишком быстро.
Каталина случайно подслушала, как служанки оживленно обсуждают их отношения с королем. Тогда императрица предпочла промолчать, смерив девушек грозным взглядом. Но сейчас по телу проходит дрожь. Почему она так волнуется? Ведь Эмиль не станет прислушиваться к тем, кто против их союза, верно? Это придворным и слугам следует волноваться. Ведь когда-то она станет их королевой…
Конюх выводит во двор двух лошадей для Эмиля и его спутницы. Одна из них черная, как самая темная ночь, с великолепной густой гривой. А вторая кажется слишком знакомой. С мощными ногами молочного цвета, которая так помогла ей в свое время добраться до Ламандии. Каталина улыбается и ласково гладит лошадь по холке. Та в ответ фырчит, но не отстраняется.
– Значит, вы уже знакомы?
Женщина переводит взгляд на короля, заговорщически подмигивая кобыле.
– Да. У нас с ней состоялось несколько приключений.
– Вообще-то, это моя личная лошадь, – качает головой Эмиль, пытаясь скрыть улыбку. – Но ты это и так знала, когда уводила ее из конюшни в прошлый раз. Надеюсь, ты с ней управишься.
Король ловко запрыгивает на спину своего черного коня и выжидающе смотрит на Каталину. Даже сейчас он четко осознает, сколько глаз следят за каждым его движением. Их мучают вопросы, один провокационней другого. Почему же король не подал руку женщине и не помог? Но он никогда не протягивал руку Каталине. Она ненавидит принимать помощь. Каждым своим шагом она стремится доказать, что тоже чего-то стоит. И Эмиль предпочитает не лезть, со стороны наблюдая за ее действиями. Императрица с легкостью запрыгивает в седло, медленно обведя взглядом все окна дворца, выходящие во двор. Эмиль невольно усмехается. Вот она, его девочка. Гордая и целеустремленная.
Они выезжают за пределы дворца и гонят лошадей вперед. Холодный ветер задувает под теплую меховую накидку, заставляя дрожать и съеживаться. Темные тучи над головой грозят разразить новым снегопадом. Глаза Каталины вспыхивают голубым светом, и Эмиль на мгновение испытывает зависть. Как легко ей переживать холодную зиму со своей магией!
Путь до Рея проходит в молчании. С каждым часом Каталина становится все мрачней. Она боится встретиться лицом к лицу со своим прошлым. С домом ее матери. С королевством, которое она, наследница Аурии, должна была вести вперед. Мысли неотступно крутятся вокруг ее счастливого детства, семьи. Она вспоминает трех старших братьев, которых не любила и одновременно обожала до дрожи в коленях. Маму Каталина почти не помнит. В сознании остаются лишь смутные очертания и ощущения тепла.
Границы Рея окружены огромной каменной стеной, которую Каталина и Эмиль замечают издалека. Женщина недовольно хмурится, разглядывая то, чего раньше здесь не было. Рей всегда был маленьким королевством. Ее мать боролась за то, чтобы границы всегда оставались открытыми. А Агиллары не только расширили земли, но и закрылись от всего мира, словно напуганные крысы.
– Кэт, – голос мужчины достигает ушей императрицы словно сквозь толщу воды, – говорить со стражниками буду я. Иначе нас могут не впустить вовсе.
Женщина крепче сжимает поводья своей лошади и кивает. Она знает, что он прав. С ее смерти столько воды утекло. Все изменилось: порядки, законы, уклад жизни, люди. Но Каталина все равно не может оставаться равнодушной, наблюдая, какие темные тучи нависают над ее родным домом. Она остро переживает потерю и никак не может отбиться от навязчивых воспоминаний. Но ее эмоции не должны все испортить.
Монаршие особы неспешно подъезжают к главным воротам, мрачно нависающим над путниками. Черное кованное железо переплетается в замысловатые узоры, острые пики устремлены вверх, внушая ужас всем, кто пожелает посетить Рей. Навстречу королю и императрице выходят стражники в черной броне с оружием наготове. Каталину охватывает раздражение, а глаза вспыхивают ярче. Кажется, еще немного, и она с легкостью превратит их в ледяные статуи.
– Добрый день, господа, – громко и уверенно произносит Эмиль. – Я король Ламандии Эмиль Кавана, а это императрица Аурии Каталина Алистер.
