– На последнем магическом собрании я случайно узнала о намерениях Созидательницы затеять войну. Я была ее доверенным лицом. Она не знала, что к тому времени воспоминания вернулись ко мне, и все рассказала о своих планах. Я не могла сидеть без дела и попыталась наладить связи с Кавана.
Взгляд Исидоры находит бледную Каталину в темноте. Императрица могла бы поклясться, что чувствует нежное прикосновение матери к своей щеке. Слышит все те теплые слова, что она когда-то говорила ей каждую ночь. А мелодичный голос пел ее любимую колыбельную.
– Мне жаль, Кэт, – шепчет богиня. – Я хотела продлить твое беззаботное детство. Подарить тебе больше, чем могла дать. Прости. Я должна была защитить тебя, но могла сделать это только вернув свое тело и силу. Мне нужно было стать собой.
Созидательница громко фыркает, обращая на Исидору мрачный взгляд.
– Какие вы все сентиментальные! В ваших руках сила, способная покорить мир! А вместо этого ты, дорогая дочь, завела семью и детей, а девчонка отвергла меня целых два раза!
– А ты уничтожила моих детей, которые были и твоими внуками! – взрывается богиня Ночи, крепче сжимая в руке лук. Каталина чувствует, как воздух в коридоре накаляется, но не стремится прекратить это. Все ее внимание приковано к двум богиням. – Ты убила моих сыновей и дочь!
– Но я же и подарила ей жизнь, – возражает Созидательница. – А ты забрала ее воспоминания! Ты едва не разрушила мой план!
Каталина хмурится, совсем иначе взирая на этих двух могущественных женщин. Значит, Исидора действительно забрала их с Эмилем воспоминания, чтобы защитить землю от Созидательницы. Она же помогала им бороться с богиней, но своими способами. И она… ее мать? Императрица судорожно выдыхает. Сердце бьется все так же быстро и взволнованно. Взгляд женщины обращается на безмолвную Изабеллу, которая все еще лежит на холодном полу. В горле встает ком.
– Мне нужна была твоя дочь, – продолжает Созидательница. – Я бы подарила ей целый мир! Дала бы ей вечную жизнь! Но она предпочла этого мальчишку власти!
– Не все обладатели силы такие же, как ты, – сквозь зубы цедит Исидора. – Есть в этом мире нечто большее, чем власть. И тебе никогда этого не понять. Ты столкнула магов и охотников забавы ради, а затем так же обратила своих воинов против обычных людей!
– У всех моих действий есть цель. Маги стали слишком своевольными. Мне не нужны силы, которые я не могу контролировать. Достаточно всего лишь двух. А люди встали на пути моей цели, я не могла оставить это без внимания.
Каталина судорожно сжимает собственное горло, на котором яркими алыми пятнами горят следы от рук Созидательницы. Исидора делает глубокий вдох и стремительно преодолевает разделяющее их с дочерью расстояние. Ее холодная рука ложится на горло императрицы, разливая магию по венам. Каталина облегченно вздыхает, ощутив, как боль постепенно уходит. Черный внимательный взгляд блуждает по лицу женщины, и Каталина не в силах оторвать от нее глаз.
– Я знаю, – тихо шепчет Исидора, и императрица не сомневается, что богиня имеет в виду. – У нас будет лишь один шанс. Я отвлеку ее внимание, а ты беги к нему.
– А Изабелла? – так же тихо отвечает Каталина.
Богиня Ночи кивает, давая понять, что позаботится о принцессе Рея. Исидора поднимается на ноги и неспешно двигается в сторону Созидательницы, отвлекая все внимание на себя.
– Скажи мне, дорогая мама, действительно ли ты когда-либо любила меня или отца? Или тобой правит лишь жажда власти?
Богиня раздраженно рычит, и тени под ее ногами скалятся в сторону Исидоры. Всего один единственный вопрос задевает нечто глубокое и беззащитное. То, что нельзя упоминать при посторонних. Тьма в коридоре становится еще темнее. Факелы на стенах мерцают и гаснут, погружая все пространство во мрак. Каталина медленно поднимается на трясущиеся ноги, хватаясь за холодный камень, чтобы не упасть. Шаг за шагом она продвигается вглубь коридора, стараясь оставаться незамеченной.
– Не тебе упрекать меня, Исидора! – громкий голос Созидательницы прижимает Каталину к стене. Ее ярость оседает в воздухе, который буквально можно потрогать пальцами. – Я держу этот мир в балансе! Я дарю твоей дочери милость и силу!
– И отнимаешь у нее любовь и будущее, – рычит богиня Ночи, натягивая стрелу на тетиву.
Созидательница смеется, и этот звук заставляет Каталину замереть на месте. Что-то внутри не позволяет ей продолжить путь. Побуждает судорожно всматриваться в темноту, ища лицо богини. Где-то внутри вновь просыпается злость.
– Любовь? Что за жалкое чувство! Любовь делает нас слабее, заставляет совершать глупые поступки. Сила, вот что важно! А любовь недостойна внимания таких, как мы. К тому же этот мальчишка Кавана давно должен был умереть. За то, что осмелился воспротивиться мне и хранить в своем доме древнюю силу.
– Это моя сила, – в затянувшейся тишине произносит Исидора. – Это я подарила ее первым охотникам из рода Кавана, чтобы ты не совала свой нос на землю. И я рассказала о ней родителям Эмиля. И я не позволю тебе все испортить.
