Изабелла обходит короля по кругу. Ее глаза загораются оранжевым светом. Но теперь это не сильно заботит Эмиля. Мысли превратились в вязкую кашу, и мужчина предпочел просто выбросить их из головы. Тело расслабляется под пальцами принцессы, а в душе вспыхивает небольшой огонек. Эмиль улыбается девушке в ответ и протягивает руку. И она с удовольствием ее принимает. Их губы слишком быстро сливаются в поцелуе. Градус в комнате повышается, и Эмилю становится невыносимо жарко. Изабелла ловко расстегивает рубашку короля, восхищенно проводя пальцами по его торсу.
– Так значит, моя будущая жена многое умеет? – с улыбкой спрашивает Эмиль.
Изабелла подается вперед, всем телом прижимаясь к мужчине.
– Ты ведь никому об этом не скажешь, да? Это останется нашим маленьким секретом?
Эмиль смеется, подхватывает принцессу на руки и поднимается с кресла. Она покрывает его шею поцелуями, вызывая волны мурашек. Дверь в спальню закрывается, скрывая из виду короля и его будущую жену. И только тонкий серп полумесяца пробивается сквозь распахнутые шторы, напоминая о том, чего не избежать.
* * *
– Значит, ты приехала за ответами.
Шарлотта Алистер никогда не задает вопросов. Она все знает сама. Женщина выглядит печально и сосредоточенно, следит за каждым движением племянницы. И это не может не волновать. Каталина бросает задумчивый взгляд на кольцо на безымянном пальце. Если все ее сны правдивы, то когда-то Эмиль сделал ей предложение и обещал исполнить его даже спустя долгие годы. Слова, выгравированные на кольце, звучат слишком красиво, чтобы быть правдой. Каталина невольно усмехается. Где теперь эти обещания? Там же, где и все ее воспоминания.
– Ты же все сама знаешь, тетя, – отвечает Каталина, сжимая в руках горячую кружку с чаем. – Я вижу сны. Они настолько яркие и реалистичные, что поначалу мне казалось, что я схожу с ума. Но сердце подсказывает, что это не так. Я вижу маму, вижу братьев и множество других людей, но не могу разглядеть их лица. Они скрыты за какой-то пеленой. Я ничего не помню, и это пугает.
Шарлотта удивленно вскидывает брови.
– Ты и о братьях знаешь?
– Это правда? У меня действительно есть семья? А я просто все забыла?
Женщина устало потирает переносицу и делает небольшой глоток травяного чая. Ее взгляд направлен на журнальный столик, разделявший тетю и племянницу. Сердце Каталины сочувственно сжимается, когда она отмечает, как постарела ее любимая Шарлотта. В волосах больше седины, чем рыжины. Лицо изборождено морщинами, а взгляд выражает усталость и бесконечную печаль. Но когда-то этот момент должен был настать, ведь так? Нельзя держать девочку в неведении столько лет. Даже если эта девочка старше собственной тети.
Чем дольше Шарлотта сохраняет молчание, тем больше напряжение овладевает Каталиной. Вдруг, тетя просто откажет ей? Что если и она ничего не знает? Как тогда разобраться с туманом в голове? Как открыть то, что столько лет скрывалось в ее сознании? Взгляды женщин пересекаются. Глаза Шарлотты кажутся совсем черными в отсвете свечей. Каталина тяжело сглатывает и первой отводит взгляд в сторону. А тетя тяжело вздыхает, словно приняв трудное решение.
– Хорошо, я расскажу все, что знаю. Не уверена, что это к лучшему, но ты все равно узнаешь правду рано или поздно.
Каталина отставляет белоснежную фарфоровую чашку на стол и складывает дрожащие руки на коленях. Сердце бьется слишком быстро, ладони становятся влажными. Почему ей так страшно? Она очень хочет знать правду, ведь ради этого императрица проделала долгий путь. Но почему все естество словно противится этому?
– У тебя действительно была полноценная семья, моя дорогая. К сожалению, никто из них не дожил до наших дней. С мужчинами в нашем роду в принципе сложно, как ты могла заметить. Один Иларий остался в здравии и своем уме. – Шарлотта намеренно не упоминает своего брата, а Каталина предпочитает не заострять на этом внимание. – Я не знаю, что стало с твоим отцом, Аурия никогда не упоминала о нем. Но знаю, что твоя мать успела родить трех сыновей до того, как вступила в силу. И это настоящее чудо. Мне было пятнадцать, когда происходили все важные события, поэтому рассказчик из меня не лучший. Но я единственная, кто остался в живых.
– Как их звали? Моих братьев?
– Старший Герман, единокровный. И он был тебе ближе всех. Средний Елизар, божья помощь. Он всегда поддерживал тебя в трудные минуты и был рядом. А самый младший Лука, светлый. Его все обожали, особенно твоя мать. Он был похож на ангела, спустившегося с небес.
Шарлотта судорожно выдыхает и замолкает, позволяя Каталине осмыслить услышанное. Императрица задумчиво крутит кольцо на пальце, прислушиваясь к собственным ощущениям. Что-то в душе откликается на эти имена. Но она все равно не в силах в полной мере ощутить потерю, ведь ничего не помнит. В голове всплывают картинки из сна. Она маленькая скачет по коридорам и останавливается у окна, с теплотой думая о своих несносных братьях. Видимо, Каталина очень сильно их любила.
