– С этим война не закончилась. Агиллары остались единственными, в чьих руках была магия. Они буквально правили континентом, держа людей в страхе перед пламенем. Дементий использовал свою несчастную жену Матильду, чтобы построить империю. Со временем не осталось ни одного охотника на магов. Агиллары сделали все, чтобы устранить угрозу своему положению и закрылись от мира каменной стеной. Взгляд Дементия был прикован к Кавана: Кристоф их прямой потомок, в нем текла кровь охотников. Но мальчик вел себя тихо и не высовывался. Строил личную жизнь и правил через советников. Он умер от тяжелой болезни, не оставив наследников. А жена просто ушла в неизвестность, ведь сердце младшего принца было прочно занято, и они не смогли построить крепкую семью. Десять лет Ламандия оставалась без правителя, но, казалось, Агилларов это не интересовало. Они изолировали себя от всего мира и занялись внутренней политикой. Я не знаю, что происходило в Ламандии, но Миростас, советник Эмиля, ежемесячно отчитывался о его состоянии. Наша переписка прекратилась с вашим пробуждением. Ведь теперь мы могли сами наблюдать за каждым из вас.
Тишина вновь заполняет комнату. Шарлотта подходит к Каталине и садится перед ней на колени. Теплые морщинистые руки тети мягко обхватывают холодные ладони императрицы. Женщина внимательно вглядывается в глаза племянницы, силясь найти в них ответы на множество своих вопросов.
– Девочка моя, не нужно лить слезы. Все это дела прошлых дней, о которых ты даже не помнишь. Тебя ведь привело сюда нечто важнее, так? Что случилось, Каталина?
Императрица всхлипывает и вытирает слезы с щек. Делает глубокий вдох и медленный выдох. Тело сотрясает дрожь от пережитых эмоций, но разум постепенно проясняется.
– Я снова встретила его, Шарлотта, – шепчет Каталина. – Намеревалась присоединить Ламандию к своей империи, но не смогла. Дала ему шанс показать себя. Эмиль разбудил во мне какие-то совершенно противоречивые чувства. Мне начали сниться сны, настолько яркие, что больше похожи на воспоминания. Я никогда не помогала тем, кого намеревалась уничтожить, но Эмиль… с ним все с самого начала пошло не так. Я доверилась ему, позволила решить проблему с дядей Викторием. Он ничего не спрашивал и не требовал взамен. Просто приходил на помощь. Нам было так легко друг с другом, словно мы знакомы тысячу лет. И все шло удивительно хорошо, – в голосе Каталины проскальзывают нотки презрения, – пока не появилась Изабелла Агиллар с дарственной на трон. Эмиль отверг меня и мою помощь и собирается жениться на этой ведьме! Сомнения и воспоминания, что маячат на грани сознания, беспокоят меня даже ночью. Я не могу спать, не могу думать. Не хочу видеть его и счастливую будущую королеву Ламандии. Просто не хочу ничего.
Шарлотта прижимает к себе императрицу и обнимает крепко-крепко, вкладывая в это всю свою любовь, сочувствие и бесконечную печаль. Нежно гладит по волосам, негромко напевая старую детскую песню, которой всегда успокаивала юную мятущуюся душу. Каталина судорожно выдыхает, ощущая, как по телу разливается приятное тепло. Тетя всегда знает, как поддержать в нужную минуту. И что бы она делала без нее? Императрица доверчиво прижимается к Шарлотте, раскладывая по местам свои взбунтовавшиеся чувства. Она вдруг ощутила себя такой уставшей. Ей так хотелось просто лечь на мягкий диван и с головой укрыться теплым пледом, чтобы забыть обо всем.
Но у Шарлотты были совсем другие планы.
– Каталина, я знаю, что все это для тебя большое потрясение. И сейчас ты не поймешь всего, что будет сказано. Но я должна довести рассказ до конца.
Императрица послушно выпрямляется, делает глоток уже остывшего чая и кивает.
– Я готова.
– Что бы ты сейчас не думала об Эмиле и его поступках, нам нельзя допустить его свадьбы с Агиллар.
– Почему?
– Это станет началом конца. Пойми одно, они пятьдесят лет не пользовались этой дарственной. Словно выжидали подходящего момента. Но чем Кристоф был не подходящим моментом? Потому что Эмиль намного ценней, чем его младший брат. Им не нужна Ламандия или продолжение рода. Есть что-то куда важней. Я не знаю, что именно, но это должно быть связано с судьбой самого мира, не меньше. Вы двое знали, что именно нужно Агилларам, ведь их охота началась еще во времена магической войны. Созидательница не стала бы тратить свое время и силу на простых смертных, даже если одна из них владеет силой. Ты должна сделать все, чтобы не дать Изабелле закончить начатое ее бабушкой.
– Но как я это сделаю? Я даже ничего не помню! Мне никто не поверит!
Шарлотта тяжело вздыхает и устало потирает виски.
– Здесь я не лучший советчик. Никто лучше тебя и Эмиля не знает, что происходит и какие вещи стоят на кону. Тебе необходимо снять заклятие, прежде чем действовать.
– Какое заклятие?
