Лайя хмурится, не вполне понимая слов своей госпожи, но кивает и встает на ноги. Что бы ни случилось, она готова следовать за Каталиной до конца. Девушка снимает с себя мокрый плащ и кидает его на диван, а затем протягивает руку императрице.
– Пойдем, нужно тебя переодеть.
Каталина не сопротивляется. Она просто рада, что рядом с ней такой стойкий и сильный человек, как Лайя. Без нее она не смогла бы достичь и половины того, что есть сейчас. Девушка задумчиво останавливается перед рядом одежды императрицы, отметая один вариант за другим. А затем вытаскивает черное блестящее платье, которое идеально подойдет подобному случаю и выразит настроение Каталины. И выделит ее из толпы. Лайя хитро улыбается, а императрица послушно снимает с себя дорожный костюм и идет умываться, пока ее подруга подбирает недостающие детали.
Лайя быстро наряжает Каталину в черное платье, скрывающее ее стройные ноги, с глубоким декольте. Длинные полупрозрачные рукава расширяются книзу. Платье приятно облегает тело и не скрывает изящных изгибов фигуры. А достаточно широкая юбка не сковывает движений. Кто знает, чего ожидать от этой церемонии? На шею Каталина надевает массивное серебряное ожерелье. Передние пряди Лайя закрепляет заколкой позади, открывая вид на точеное холодное лицо.
Девушка отступает назад и критически осматривает Каталину. Женщина дрожит от волнения. Ей вовсе не важно, в чем идти. Главное, это исход церемонии. Но она стойко терпит все процедуры, понимая, что Лайя заботится о не менее важном аспекте.
– Отлично, теперь ты точно не останешься незамеченной.
Императрица подходит к зеркалу и улыбается собственному отражению. Она права. Не заметить Каталину Алистер будет просто невозможно. Сердце бьется быстрей от одной мысли о том, как на нее посмотрит Эмиль. Есть что-то приятное в том, чтобы производить эффект на мужчин один своим появлением.
Каталина делает глубокий вдох и отправляется в главный зал, где уже собрались все гости в ожидании церемонии. Она крепко сжимает ладони в кулаки, чтобы не дать волю эмоциям. Не показать, как сильно трогает ее все это. Императрица проходить половину пути в полном одиночестве. Эхо ее шагов отскакивает от стен и летит далеко вперед. Но вскоре она уже слышит отголоски праздника. Громкие голоса, приятная музыка, звон бокалов, женский смех. Перестук каблуков и шуршание множества платьев. А затем появляются и люди, одетые в свои лучшие наряды. Они кланяются Каталине и провожают ее долгими взглядами. Восхищение, страх, настороженность, любопытство. Что принесет присутствие императрицы на свадьбе короля? Никто не знает, что предпримет императрица Аурии, когда ее так решительно отвергли ради принцессы Рея. Ради самозванки. Каталина и сама не ответила бы на этот вопрос, если бы не Шарлотта, раскрывшая страшную тайну ее прошлого.
Императрица входит в зал, стараясь слиться с гостями. Но все ее усилия оказываются бессмысленными. Ведь она снова выделяется из толпы светлых облачков, словно грозовая туча. Императрица неспешно продвигается вглубь зала, рассматривая убранство и ища знакомые лица. Зал украшен множеством живых цветов: алые розы, вплетенные в букеты белых растений, украшают свадебную арку. По потолку развешаны цветочные гирлянды, источающие насыщенный аромат. На полу расстелена белая ковровая дорожка, украшенная золотой тесьмой по краям. Под аркой стоит мужчина в белоснежной рясе, украшенной позолотой. Перед ним на постаменте лежит внушительный талмуд. Священник, что скрепит узы жениха и невесты перед богами.
А рядом с ним Эмиль Кавана, король Ламандии, без двух минут женатый на гарпии человек. Каталина едва сдерживает восхищенный вздох. Насколько же он красив! Черный парадный китель, отделанный золотом, и такого же цвета штаны. На плечах алый бархатный плащ, а на голове корона, подчеркивающая статус правителя. В руках одна единственная красная роза с шипами на длинной и тонкой ножке. Ритуальный цветок. Но, о боги, как же он красив! И смотрит ей прямо в глаза. Каталина не может понять, какие чувства бушуют в его взгляде. Ведь она так далеко. Лицо короля непроницаемо и равнодушно. По телу женщины проходит дрожь. Ей становится невыносимо холодно. Почему он так спокоен? Почему не покажет ей, что ему не все равно? Или его чувства не пережили долгий срок в шестьдесят лет? Каталина тяжело сглатывает и смахивает с глаз слезы.
Только не сейчас.
