Женщина прикрывает глаза и мысленно проклинает свой собственный голос, который звучит неуместно хрипло. Но Эмиль не придает значения таким деталям, списывая все на долгий сон. Он нехотя отстраняет от себя Каталину и помогает ей вернуться в постель. А затем стремительно выходит из спальни, больше не в силах сдерживать эмоции внутри.
Императрица переводит дух. Ну и что это такое? Почему ее чувства буквально сходят с ума в присутствии Эмиля? Может, все из-за того, что она теперь знает истинный характер их отношений? Или так было всегда? Трудно дать ответ, когда ты запутался в собственных жизнях.
Резкая боль в голове заставляет Каталину прекратить размышления. Нет, Эмиль прав, ей необходимо отдохнуть. В запасе есть целый день, чтобы убедить короля Ламандии в правдивости своих слов. Он поверит ей. В противном случае все они обречены. Каталина не сможет противостоять Созидательнице, не помня собственного прошлого. Женщина невесело усмехается и опускает взгляд на свои ладони. Как она вообще что-то сделает без магии?
Каталина стонет и откидывается на подушки. Как разобраться во всем этом? Как распутать клубок тайн, воспоминаний и чувств? Нужно все вспомнить, просто необходимо. Императрица поднимает вверх правую руку, на которой в лучах дневного света поблескивает кольцо. Значит, перед смертью Эмиль успел сделать ей предложение? Будет ли он рад этому теперь, спустя шестьдесят лет? Ведь это достаточно долгий срок, чтобы чувства успели остыть. Каталина задумчиво крутит кольцо между пальцами, наткнувшись на уже знакомую гравировку.
* * *
Король Ламандии задумчиво ковыряет вилкой свою любимую яичницу, думая о чем-то далеком и недоступном, когда дверь в столовую распахивается, нарушая его уединение. Эмиль поднимает голову, с интересом разглядывая стражника в до блеска начищенных латах. Что такого из ряда вон выходящего могло случиться, что его беспокоят за завтраком? Даже советники не рискуют приближаться к своему королю в такое время. Мужчина сильней сжимает вилку в своих пальцах, с напряжением ожидая слов стражника.
– Ваше Величество, – мужчина склоняется в поклоне, – Ее императорское Величество испрашивает разрешения присоединиться к вам за завтраком.
Эмиль удивленно выдыхает, чувствуя, как тело тут же расслабляется. Он едва сдерживается, чтобы не засмеяться в голос. С каких пор Каталине Алистер требуется разрешение, чтобы почтить кого-то своим присутствием?
– Конечно, я с нетерпением ее жду.
Стражник снова кланяется и выходит из зала, а Эмиль откладывает вилку и откидывается на спинку стула. Руки едва заметно подрагивают, и он сжимает их в кулаки. Не успевает король даже задуматься, как дверь снова распахивается, являя взору короля саму императрицу Аурии. В этот раз женщина обходится без привычных колких приветствий, чем настораживает Эмиля. Каталина выбрала светло-желтое платье с открытыми плечами, оставив волосы распущенными. Совсем как девочка. Лицо императрицы остается бледным, но это уже не пугает. Женщина приседает в легком реверансе и проходит к своему привычному месту рядом с королем. Эмиль следит за каждым ее движением и даже не замечает, как на мгновение перестает дышать.
– Доброе утро, Ваше Величество, – негромко произносит Каталина, игнорируя его пристальный взгляд.
Эмиль встряхивает головой, отгоняя наваждение, и залпом выпивает полный стакан воды. Каталина неспешно принимается за еду. Она бы с удовольствием сейчас просто лежала в собственной постели, наслаждаясь тишиной, но вместо этого отправляет еду в рот, заполняя пустоту внутри.
– Доброе, – прерывает затянувшуюся паузу Эмиль. – Как ты себя чувствуешь? Я собирался отправить слугу, чтобы принести тебе завтрак в комнату.
– Не стоит. Я не настолько слаба и беспомощна.
Эмиль в отчет молча кивает. В голову вновь возвращаются все те настойчивые мысли, что терзали его много дней. Перед мысленным взором проносятся слишком знакомые страницы пыльной книги, над которой король Ламандии заснул спустя долгие часы изучения. Кажется, написанное в ней запечатлелось в его памяти на всю жизнь. В горле встает ком, аппетит бесследно пропадает. Конечно, Эмиль понимает, что не стоит набрасываться на Каталину с вопросами с самого утра, но… Разве может он терпеть дольше?
– Каталина… – король запинается и прочищает горло. – Я хочу кое-что спросить. Не знаю, как ты к этому отнесешься и готова ли к подобным вопросам.
– Готова, – уверенно отвечает женщина. – Но не сейчас. Я хотела бы прогуляться по саду. Там и поговорим.
Эмиль кивает, нехотя продолжая трапезу. Каждая минута растягивается в бесконечность. Его снедает любопытство и страх, будто ответы Каталины на его вопросы могут изменить жизнь короля Ламандии навсегда. И это ожидание буквально разрывает его изнутри.
– Сколько я спала?
