Что-то ударило Кейлена в ноги, он, задыхаясь, упал на спину и ощутил тяжесть на груди. Пара блестящих глаз смотрела ему в лицо. Кейлен повернулся и вонзил меч. Тварь взвыла, когда клинок вошел в ее шею, теплая кровь полилась на лицо и руку Кейлена. Он потянулся к Искре, схватил толстые нити Воздуха и ударил ими в живот существа – оно отлетело в сторону, соскользнув с его клинка.
Кейлен вскочил на ноги и ударил мечом в бок другое существо. Они были повсюду, щелкали зубами и рычали. Сразу несколько штук, с оскаленными зубами и сверкавшими глазами прыгнули на плато – их черный мех сливался с ночным мраком. Они остановились в нескольких футах от Вейрила и дралейда, смотрели на них и ждали. Теперь, вблизи, Кейлен смог разглядеть третью пару конечностей в середине широкой груди – они оставались прижатыми к телу между передними ногами, были заметно короче остальных и состояли из трех суставов, которые заканчивались острыми, как косы, когтями.
– Во имя богов, что это такое? – спросил Кейлен.
Но прежде чем Вейрил успел ответить, твари атаковали, оттолкнувшись задними ногами, широко расставив в стороны передние и вытянув вперед третьи конечности. Одного из них Вейрил прикончил, пустив стрелу в глаз, но второе врезалось в него. Кейлен потянулся к нитям Огня, но его остановил рев, пронзивший ночь.
Валерис рухнул с неба, схватил когтями одну из тварей и ударил ее о камень. Подняв вверх переднюю правую лапу, в то время как когти продолжали сжимать существо, дракон разорвал воющую тварь надвое, внутренности вывалились наружу и от них пошел пар. Валерисом овладела жажда крови, тут же передавшаяся Кейлену. Дракон развернулся, и кончик его хвоста вонзился в череп зверя, который склонился над Вейрилом. Существо поникло и упало на эльфа, а Валерис высвободил хвост, как топор из ствола дерева, и во все стороны полетели брызги крови. Дракон повернул голову, схватил в зубы одну из тварей и с такой силой швырнул ее на камень, что по нему побежали трещины.
Кейлен наклонился и поднял Вейрила на ноги. Эльф принялся его благодарить, но его слова исчезли на периферии сознания Кейлена. Теперь он слышал только удары сердца Валериса, пульсацию крови в его венах и медленное дыхание раздувавшихся ноздрей дракона. Энергия наполняла разум Валериса, первобытная и чистая. Ярость дракона была почти осязаемой. Мерзкие существа не могут угрожать его семье, не причинят вреда родственной душе. Он не позволит. Голова Валериса откинулась назад.
– Эрик, Тармон, ложитесь! – крикнул Кейлен, который схватил Вейрила и толкнул на землю, когда Валерис выпустил реку драконьего огня, озарившего ночь, точно пылающее солнце.
Лавандовые глаза Валериса сияли в свете пламени, тени танцевали на обрамленной рогами морде, белая чешуя приобрела оранжево-красный цвет.
С отчаянно бьющимся сердцем Кейлен поднялся, сплетая нити Огня и Духа. Одна из тварей выпрыгнула из темноты, вытянув когти-косы и разинув пасть с блестящими клыками. Дралейд остановил зверя в полете при помощи нитей Воздуха, ярость Валериса наполняла его душу. Он натянул нити, они сломали шею твари, и Кейлен позволил ему упасть. Он направил нити Огня и Духа в сторону Валериса, чувствуя, как пламя дракона становится ярче и жарче.
В его сиянии Кейлен видел, что Тармон и Эрик стоят на песке, глядя на огонь Валериса, а с их клинков капает кровь. Длинная царапина шла вдоль левой руки Эрика, а у Тармона была рассечена кожа над глазом.
Существа, не попавшие в струю пламени, убегали с шипением и стонами.
Кейлен знал, что ему следовало отпустить Нити, позволить Искре погаснуть, но сила пьянила. Он чувствовал разум Валериса, призывавшего его зачерпнуть еще больше и глубже, заставить пламя гореть ярче. Отчаянное стремление защищать ревело в его сознании, сливаясь с яростью, уничтожая черное пламя одиночества, наполняя желанием не допустить, чтобы кто-то причинил вред нитям, которые их связывали с Валерисом. Кейлен замедлил дыхание, стараясь вернуться, и положил ладонь на чешую на груди Валериса под самым крылом.
– Все хорошо. – Кейлен отпустил нити Огня и теперь держал лишь нити Духа, вплетая их в разум Валериса, как делал в туннелях под горой. – Мы в безопасности, Валерис. Дю вайн алура анис. – (
Неуверенное спокойствие снизошло на дракона, слушавшего слова Кейлена, и Валерис начал постепенно отпускать бушевавшее пламя, его сердце стало биться медленнее, ярость ослабела.
Как только Кейлен потянулся к Искре, он почти забыл о холоде, царившем в пустошах после наступления ночи, но сейчас, когда он медленно отпустил сплетенные нити, мороз вернулся, и он задрожал.
В свете стихавшего, но все еще потрескивавшего драконьего огня Кейлен увидел, что земля вокруг покрыта смятыми телами зверей. Запах горелого меха и вскипевшей крови повис в ледяном воздухе. Прежде от такой вони Кейлена вывернуло бы наизнанку, но сейчас, когда разум Валериса соединился с его сознанием, этот запах превратился в боевой барабан, лихорадочно призывавший к сражению.
