– Что это? – Элла увидела маленькую книгу, переплетенную в кожу, плотно перевязанную кожаным шнурком.
– Это дневник, – сказала Корен, достала из сумки перо и маленькую чернильницу и протянула их Элле.
– Я не склонна вести дневник, – проговорила Элла, с извиняющейся улыбкой глядя на Корен.
– Если ты друид, нам необходимо знать, на что ты способна. Здесь никто не сможет стать для тебя наставником, так что нам придется действовать методом проб и ошибок. Я подумала, что будет полезно вести записи, чтобы понять, на что ты способна. Мастер Коллна заставлял меня так поступать, когда я училась сплетать нити Искры.
– Звучит разумно. – Элла сняла рукавицу и принялась перелистывать тонкие страницы, чувствуя шершавое прикосновение бумаги к пальцам. – С чего начнем?
– С него. – Корен кивнула в сторону Фейнира.
Волкобраз заворчал, поднял голову, склонил ее набок и навострил уши.
– И что мне с ним делать? – спросила Элла.
– Галвир мог входить в разум животных, видеть их глазами, двигать конечностями. Он называл такие действия «Перемещением». Я не знаю, как он это делал и является ли подобная практика обычной среди друидов, но вижу, что у тебя существует особая связь с Фейниром, и тебе будет легче попытаться с ним, чем с любым другим животным.
– Перемещение? – Элла посмотрела на Фейнира, который глядел на нее блестящими золотыми глазами.
Она не отрывалась от его глаз – и стала смутно чувствовать биение сердца волкобраза, ритм которого лишь немногим отличался от ритма ее собственного сердца, только был медленнее. Звуки стали резче и отчетливее; ветер, подобно волнам, накатывал на склон, но в нем Элла вдруг услышала стук голых ветвей, чириканье птиц, медленное усталое дыхание Корен.
Не спуская глаз с Фейнира, Элла замедлила дыхание, и ее наполнила свежесть ветра, она почувствовала соленый запах пота, потрескавшейся коры и земли. На нее снизошел удивительный покой, и неожиданно мысли вернулись к Рэтту: запах его одежды, аромат кожи и металлический привкус полированной стали, который всегда его сопровождал, когда он возвращался после патрулирования, а также острота мятного мыла, он покупал его у Верны Гриттен – она сохранялась не более часа, потом ей на смену снова приходил запах кожи и стали. От мысли о Рэтте сердце Эллы сжалось от боли, перед ней возникло улыбающееся лица Рэтта.
Она вновь увидела Рэтта, вспомнила, как у нее на глазах в его живот вонзилось копье. Кровь. Так много крови. Элла услышала свой голос:
Воспоминания были невероятно яркими, и она могла поклясться, что почувствовала его руку на своей щеке. Она опустила глаза и увидела, что Фейнир смотрит на нее, но теперь он оскалил зубы, наморщил нос, а шерсть на спине встала дыбом. Из горла волкобраза вырвалось глухое рычание. Элла ощущала его гнев. Свой и его, они объединились друг с другом. Но от разума Фейнира исходило нечто большее, чем просто злость.
Сожаление. Утрата. Вина.
И снова вина, Фейнир заскулил. Образы в его сознании – он наблюдал за ними откуда-то сверху? Солдаты Лории. Фургон. Пыль клубилась под лапами Фейнира, когда он мчался вниз. Кровь.
Слезы появились на глазах Эллы, она протянула руку, провела пальцами по серому меху и покачала головой.
– Тут нет твоей вины… Нет.
Фейнир снова заскулил. Вина. Утрата.
Элла наклонилась вперед, обхватила мощную шею Фейнира, чувствуя, как жесткий мех колет кожу. Она обняла его сильнее, и он к ней прижался. Переживания Фейнира смешались с ее собственными. Печаль, гнев, горе. Элла отпрянула, взяла двумя руками его голову, ее пальцы гладили шерсть, слезы обжигали глаза.
– Ты меня спас. Ты спас меня. Это не твоя вина. Во всем виноваты они. И мы разорвем их на части.
– Элла? – Рука легла на плечо Эллы, она повернулась и увидела, что Корен смотрит на нее широко раскрытыми глазами.
Только теперь Элла поняла, что ее грудь тяжело вздымается и опускается, а руки дрожат, сжимая голову Фейнира.
На губах появился волчий оскал.
– Со мной все в порядке, – ответила Элла, тяжело дыша, ее кровь все еще пылала, зубы были стиснуты.
– У тебя получилось? – спросила Корен.
Элла покачала головой.
– Я не думаю, что это было Перемещение. У меня возникли совершенно другие ощущения. – Элла села, стараясь успокоить дыхание. Она посмотрела на Фейнира, его гнев все еще кипел в ее венах. – Я приняла решение.
Корен приподняла бровь.
– Я хочу сражаться.
