– У меня внутри все начинает сжиматься. – Каллинвар смущенно улыбнулся, вспоминая, как он в последний раз узнал о появлении Тени. – Возникает ощущение, что мир вокруг меня тускнеет, все звуки сливаются в диссонирующую волну, которая на меня обрушивается. Мало того, мне требуется довольно много времени, чтобы понять, что происходит. Я чувствую пульсации Тени – в голове что-то стучит и грохочет. – Каллинвар взглянул на молодую Наблюдательницу Таллию, вдруг сообразив, что говорит слишком откровенно в присутствии совершенно незнакомого человека. – Я не могу на ней сосредоточиться. Не могу найти место. К тому моменту, когда мне удается привести мысли в порядок, мы теряем целые деревни, Гилдрик.
– Понятно. – Гилдрик подошел к карте, сжимая левой рукой правый локоть, а правой поскреб щетину на лице. – Вератин говорил мне, когда я был совсем молод, что он использовал этот стол, чтобы обозначить места нахождения Тени.
Каллинвар приподнял бровь.
Гилдрик провел языком по зубам и склонил голову набок.
– Он говорил, что, помимо Тени, мог чувствовать базовый уровень Порчи в разных областях. Как и у вас, эти ощущения его переполняли. Вместо того чтобы попытаться во всем разобраться… – Гилдрик задумчиво щелкнул языком, пытаясь подобрать нужное слово, – …и привести в порядок клубок мыслей, которые сплелись в голове.
– Я не совсем тебя понимаю, Гилдрик, аналогия кажется мне фантастичной, но продолжай.
– Так вот, не следует пытаться распутать клубок, лучше использовать его для того, чтобы соткать гобелен и наложить его на карту.
Каллинвар постарался подавить смех.
– А существует ли менее поэтичный способ описать процесс?
Гилдрик вздохнул, слова Каллинвара не произвели на него впечатления. Он посмотрел на Гроссмейстера, потом перевел взгляд на Таллию и снова на Каллинвара.
– Трудно что-то построить, не имея каркаса. Вместо того чтобы пытаться рассортировать точки схождения Тени, где они переплетаются с другими проблемами, нужно наложить их на карту. Например, на карту Эфирии. Попробуйте использовать ее как каркас. И почувствовать через нее Порчу. Вератин говорил, что это всегда помогает, в особенности когда ты еще только учишься.
Каллинвар нахмурился. Гилдрику было легко говорить, но сделать все правильно гораздо труднее. И все же попробовать стоило. С того самого момента, как он получил Печать Гроссмейстера, в голове у него постоянно пульсировала боль, в особенности если возникали точки схождения Тени. Возможно, то, что предлагал Гилдрик, помогло бы решить проблему.
Проводя пальцем по неровностям карты, Каллинвар обошел вокруг стола, не спуская с него взгляда, пока не вернулся в исходную точку. Он посмотрел на зеленые фишки, потом остановил взгляд на одной, которая находилась в Кингпассе: Лирин. Каллинвар отправил его для того, чтобы проверить сеть агентов в городе и окружающих областях и попытаться выяснить, куда направился дралейд. Вероятно, скоро он подаст сигнал Каллинвару, чтобы его послали в Берону.
Когда Каллинвар смотрел на зеленую фишку, он чувствовал, как пульсирует Печать Лирина. Сосредоточившись, Каллинвар сумел соединить Лирина в своем сознании и с фишкой на карте. И почти мгновенно произошел щелчок.
Там, где на столе стояла фишка Лирина, Каллинвар почувствовал гудение Печати Лирина, от фишки исходило почти незаметно зеленое сияние. Должно быть, оно было порождением разума Каллинвара, потому что не касалось поверхности камня, тем не менее он его видел.
– Работает? – Он уловил искреннее любопытство в голосе Гилдрика.
Прошел час вопросов и ответов, после чего Гилдрик и Таллия ушли, оставив Каллинвара изучать новый способ наложения гобелена, сотканного разумом, на карту. Они также оставили еду и вино.
Каллинвар намазал масло на толстый ломоть хлеба, а сверху аккуратно разложил кусочки сыра и окорока, запеченные в джеме из красной смородины. На последний ломтик сыра он вылил большую каплю меда, размазал ее по горе мяса, отправил в рот половину и удовлетворенно выдохнул.
Каллинвар жевал и смотрел на стол с военной картой. Большая часть времени, проведенного с Гилдриком, ушла на то, чтобы соотнести Порчу с пульсациями Печатей его рыцарей на высеченной в камне карте. В результате он почувствовал, как тяжкое бремя постепенно сваливается с его плеч. Кроме фишек, отмечавших положение брата Ормина и брата Лумикеса, Каллинвар теперь видел тусклое красное сияние, исходившее из того места, где произошло схождение Тени.
На самом деле сияния там не было. Просто его разум вызывал зрительные образы в местах схождения. Но теперь, когда он мог их видеть, ему стало легче понимать происходящее. Он сказал себе, что обязательно следует поблагодарить Гилдрика.
