Сквозь войну и руины полностью

– Ладно. Может быть, мне стоит послушать пару песен.

– Хорошо. Некоторые рыцари уже там. Но Варлин и Илдрис остались в своих покоях. Мы можем зайти за ними по пути, – предложила Руон.

Каллинвар кивнул, соглашаясь.

– Кстати, а как Арден? Я не говорил с ним после Кингпасса.

Руон криво улыбнулась и вздохнула.

– Он держится. На поле боя его состояние никак не сказывается. Всякий раз, когда мы сражались рядом, он неизменно был на высоте. Но, когда мы возвращаемся, Арден молчит. А теперь, когда Лирин получил отдельное задание, он большую часть времени проводит в одиночестве. Он пытается, Каллинвар, но встреча с братом произвела на него очень сильное впечатление.

– Хм-мм. – Каллинвар поскреб бороду. – Как и на любого из нас. Если дралейд примет нашу помощь, мне предстоит решить, кого назначить его стражем. Мой разум сражается с сердцем. Я не уверен, что Арден готов к такому испытанию.

– Мы никогда не узнаем, готовы ли мы, пока не окажемся в центре событий, – ответила Руон.

– Верно. Пойдем, – сказал Каллинвар, допивая вино из кубка. – Послушаем, как поет молодая женщина.

Арден оторвал локти от колен и встал, сделав большой глоток из кружки с элем. Он никогда не любил эль, после которого во рту оставался горький привкус. Он привык к сладкому меду Ласха Хейвела и чувствовал горечь особенно сильно. Но хозяин «Соленого воробья» Эркин Тарнбат уговорил его попробовать новую партию эля – он так поступал всякий раз, когда Арден появлялся в Ардхолме. Он был славным человеком, и Ардену не хотелось ему отказывать.

Арден сидел на одной из деревянных скамей, окружавших многочисленные жаровни на улицах Ардхолма. Складывалось впечатление, что все обитатели городка и храма Акерона вышли из домов, чтобы отпраздновать начало зимы. Жрецы и Наблюдатели стояли вокруг в своих зеленых одеяниях, потягивали вино из чаш и смеялись вместе со старейшинами, глядя на детей, певших и танцевавших под музыку, которую исполняли старшие дети на лютнях и барабанах. Арден узнал носильщиков и служанок из храма, но сейчас улыбки на их лицах были заметно шире, чем обычно.

Над ними мерцало усыпанное звездами небо, заливая Ардхолм серебристым лунным светом.

Печальная улыбка появилась на губах Ардена, когда он смотрел на танцевавших, певших и выпивавших людей. Все это напомнило ему Лунный рынок в деревнях у него на родине.

В прошлые годы ему нравился праздник – он являлся приятным напоминанием о прошлом, – но после встречи с Кейленом все изменилось. Он снова и снова мысленно повторял их разговор. Слова Кейлена эхом звучали у него в голове.

«Где ты был? Я нуждался в тебе… нуждался в тебе, ты мне и сейчас нужен».

Арден содрогнулся, вспоминая его слова, и сделал еще один большой глоток эля. Логика подсказывала, что он не мог поступить иначе, даже если бы захотел. Если бы он не принял Печать, то умер бы в тот день в лесу, и тогда у него точно не было бы возможности приглядывать за Кейленом и семьей. А сейчас он мог что-то сделать. Мог отодвинуть Тень. И сражаться.

Кейлен стал дралейдом, и, может быть, у него появится шанс что-то исправить.

«Мама, папа, Элла, Фейнир. Они все мертвы!»

Арден допил остатки эля и встал, чувствуя, как жар огня поцеловал его кожу. К нему подбежали какие-то дети, которые подносили кулаки ко лбу в знак уважения.

Они тянули его за собой, предлагая присоединиться к их танцу. Он уже собрался уступить, когда увидел четырех рыцарей, спускавшихся по ступеням храма, они оставались в тени, и лишь прикосновение холодного лунного света придавало форму их фигурам. Но Ардену не требовалось видеть лица, чтобы их узнать. Каллинвар, Руон, Илдрис и Варлин только сейчас вышли из храма.

– В другой раз, – сказал Арден, взъерошив волосы маленького мальчика, который тянул его за рукав рубашки.

Мальчик нахмурился, но отпустил, и на его лице появилось разочарование.

Арден кивнул жрецам, стоявшим рядом, и зашагал обратно к «Соленому воробью». Пусть ему и не нравился вкус эля, но в нем нарастало желание как следует напиться – он знал, что чем больше его выпить, тем лучше будет становиться вкус.

«Хейм», – голос Кейлена прозвучал в ушах Ардена, словно его брат стоял рядом.

Арден почувствовал, как что-то стало покалывать его кожу, на мгновение закрыл глаза, сделал вдох и задержал воздух в груди. Это имя – Хейм – его имя, когда-то оно ему принадлежало, но только не теперь.

Он уже более двух лет не слышал, чтобы кто-то произносил его вслух. Оно стало лишь напоминанием о том, кем он был раньше. Остался ли я прежним человеком?

Арден медленно выдохнул, слегка поджал губы и посмотрел на воздух, который сорвался с его губ. Я бы и сейчас умер, чтобы защитить Кейлена. Я бы отдал за него свою жизнь без малейших колебаний.

– Брат Арден?