Айвон издал оглушительный рев, его тело дрожало. Он обрушил свой меч на шею гнома, кольца кольчуги лопнули, лезвие вошло в тело, хлынула кровь.
Он вырвал клинок, принял на него топор и рассек нос и рот гнома, затрещали зубы. Повернув левое плечо назад, Айвон вонзил лезвие меча в разинутый рот врага, и острие вышло с другой стороны. В следующее мгновение он отпустил рукоять, схватил топор убитого гнома и заревел. Ярость кипела в нем так, что дрожали кости. Легкие горели, и он чувствовал, как раздулись вены, когда он издал боевой клич:
– За Даймона!
Объятый яростью Айвон кричал, прорубая дорогу сквозь ряды гномов, отрубая конечности и пробивая черепа тяжелым топором.
Он наносил один удар за другим, позволив ярости полностью овладеть разумом, его переполняла жажда крови. Что-то ударило его в правую ногу, он ощутил тупую боль, посмотрел вниз и увидел широкую рану на бедре, из которой вытекала кровь. Он стиснул зубы и продолжал убивать, безумие битвы помогало ему забыть о боли.
Айвон почувствовал, как ломаются кости, когда головка топора ударила ему в щеку. Он не помнил, когда потерял шлем. Лицо пульсировало от боли, но Айвон повернулся и ткнул верхней частью топора в лицо врага, лезвие рассекло глаз и щеку гнома, и тот повалился на землю, увлекая за собой топор, застрявший в голове.
Когда Айвон повернулся, в его грудь что-то врезалось, подобное тарану, и у него сразу перехватило дыхание. Он попытался сделать вдох, но смог лишь закашляться, ощутив вкус крови во рту. Посмотрев вниз, он увидел, что из его груди торчит топор, который пробил доспехи, рассек ребра, наполнил кровью легкие. Боль отступила, его охватило странное спокойствие.
Айвон взглянул на гнома, который держал топор, застрявший в кирасе, враг не сводил с него глаз, прошло мгновение узнавания, а потом Айвон сжал кулак и ударил гнома в предплечье, заставив выпустить рукоять топора. На лице неприятеля появилось потрясение, когда Айвон схватил его голову двумя руками и в следующее мгновение с силой опустил ее на второе лезвие обоюдоострого топора. Лицо гнома исказилось от боли, сталь пробила плоть, зубы и кости. Айвон оттолкнул его, упал на колени, перед глазами у него возник туман.
Айвон втянул в себя воздух вместе с кровью и упал на землю, мир вокруг него потемнел, он лежал на холодном камне под Лоддарскими горами. Теперь, наконец, он встретит Элиану и Криса.
В груди у Далена защемило, когда он увидел, как упал Айвон, кровь стекала с его губ и из груди, откуда торчал топор. Дален хотел броситься к нему, быть рядом, но Айвон находился слишком далеко. Через несколько секунд Дален потерял Айвона из вида, его вновь поглотила ярость сражения. Прошло совсем немного времени с того момента, как погиб Даймон. Несмотря на все разногласия, он не испытал никакого удовольствия, видя его смерть, и еще меньше – скорбь Айвона, обнимавшего тело молодого короля.
Белина и Лумира оставались рядом, они непрерывно наносили удары и защищались, изо всех сил пытаясь уцелеть. Рядом с ними рубились королевские гвардейцы, они подняли щиты и отчаянно отбивались от врагов мечами. Гибель Даймона и Айвона их потрясла, огонь больше не пылал в сердцах, теперь они сражались за свою жизнь. Среди массы гномов Азмара Дален заметил малиновые плащи стражи Даракдара, а также Йоринга, Алмера и Мирлака. Но гномов из Азмара было слишком много.
Рядом с ним падали с распоротыми животами, перерезанными глотками и отрубленными конечностями королевские гвардейцы.
Дален нанес колющий удар левым клинком в горло гнома и тут же отступил к Белине, он задыхался, все мышцы горели от усталости и боли. Тяжелые доспехи гномов вынуждали его наносить точные удары, чтобы каждый выпад был смертельным, в противном случае сталь лишь соскальзывала с доспехов.
Он перехватил взгляд Белины. Кровь покрывала темную кожу женщины, на рубашке виднелись багровые пятна от множества мелких ран и порезов. Он впервые видел ее такой мрачной.
Раздался зов горна, низкий и звучный, затем другой – и пещеру наполнил топот копыт. Послышались крики, и гномы стали озираться по сторонам. Отряд всадников на виртаках рассек гномов Азмарана, словно ревущая река, топоры взлетели вверх, полилась кровь. Земля содрогалась под ногами Далена, он вертел головой по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Мимо проскакал виртак, отбросив его в сторону. Только теперь Дален увидел малиновые плащи, развевавшиеся за плечами всадников, тут и там мелькали черно-белые цвета.
Эления и Кира.
Снова зазвучали горны, а затем Дален услышал голос Киры, усиленный магом.
– Гномы Азмара, сложите оружие или вы отправитесь в объятия Герайи!
