Голос Рендалла эхом отразился от стен камеры. Он заглянул в глаза эльфа. Инквизитор сохранил ему оба глаза, чтобы усилить действие сенсорной депривации, но теперь, когда это не принесло результата, решил, что подход следует изменить.
Несмотря на восхищение, которое Рендалл испытывал, он больше не мог тянуть – информация требовалась ему немедленно. По континенту уже разошлись сведения о том, что дралейд учинил в Кингпассе, и не требовалось особой проницательности, чтобы понять: Арисфолл сжег тот же мальчишка. Великий инквизитор уже дал Рендаллу понять, что отсутствие успехов при допросе плохо отразится на репутации Инквизиции.
В этой аналогии Рендалл являлся зеркалом. А для Инквизиции всякое зеркало, которое плохо отражает, следовало разбить.
Рендалл не собирался допустить, чтобы его разбили.
– Ты все равно умрешь. И мы оба это знаем. Я не могу оставить тебя в живых. Но даю тебе обещание: если ты расскажешь мне все, что тебе известно о дралейде, я сделаю так, что твоя жизнь закончится быстро. Боль исчезнет. Тьма рассеется. Пустота души будет заполнена. Если же ты будешь молчать, я заберу твои глаза и уйду. И больше не вернусь. Я и так потратил на тебя слишком много времени. Но я позабочусь о том, чтобы ты продолжал здесь висеть. Тебя будут кормить и поить каждый день, и твоя жалкая жизнь будет настолько долгой, мучительной и безнадежной, насколько это вообще возможно.
Кейлен начал задыхаться, когда провел руками по красному одеянию, спадавшему с его плеч до самых щиколоток. Дождь, который шел с прошлой ночи, так и не прекратился, капли стучали по капюшону взятой взаймы мантии, холодные струйки стекали по щекам. Он слышал, как о чем-то говорили между собой Черный и Золото, но не обращал внимания на их разговор. Кейлен стиснул челюсти, перед его мысленным взором поплыли воспоминания. Холодные глаза Рендалла. Длинный красный плащ поверх стальной кирасы со знаком черного льва Лории. Рендалл Малкес. Наконец, Кейлен узнал его полное имя. Полное имя человека, который не только убил его отца, но и стал причиной всех последующих событий.
Гнев Кейлена кипел, проходя через пламя ярости Валериса. Дракон находился в милях от Кейлена, но он чувствовал, как в груди Валериса клокотало рычание, грозившее перейти в рев, как поддавался камень склона под его когтями, ощущал жар его тела. Дракон хотел сжечь Берону дотла. Хотел услышать крики Рендалла, треск его кожи. И только огромными усилиями Кейлену удавалось сдерживать дракона.
И вновь Кейлен вспомнил, что смерть не бывает красивой. Он знал, что убийство Рендалла не принесет ему мира. Его отец не вернется из объятий Герайи. Как не вернется Элла, их мать, и Фейнир или те, кого Рендалл и его люди убили в тот день в Прогалине. Нет, смерть Рендалла не принесет ему мира и не вернет тех, кого он любил. Но дралейд и не хотел, чтобы смерть Рендалла что-то ему дала. Его желания были предельно просты – чтобы Рендалл умер, понимая, кто держит клинок и что за ним пришли жизни тех, кого он этих жизней лишил.
– Кейлен? Ты слушаешь? – Рука Тармона легла на плечо Кейлена, мужчина не сводил с него пристального взгляда.
Тармон был с головы до ног закован в броню преторианцев Инквизиции. Странное зрелище – лорд-капитан королевских гвардейцев Белдуара в доспехах врага. Тармон и без того казался огромным, на голову выше всех остальных, с плечами, будто высеченными из камня. Но в сияющих красных доспехах выглядел, как сама смерть, принявшая обличие смертного и пришедшая, чтобы забрать души живых.
Кейлен кивнул, но его мысли все еще наполняли картины прошлого. Меч Рендалла входит в грудь Варса, выражение глаз отца, крики Фрейис. «Нет, нет, нет…» Воспоминания горели в нем так, что пылала душа и ожесточалось сердце.
Эрик и Вейрил стояли рядом с Тармоном. Эрик также надел красные доспехи преторианцев, а Вейрил с кандалами на запястьях и мокрыми от дождя волосами, которые облепили голову, изображал пленника.
Золото кивнула Черному, затем повернулась к группе, остановившейся за углом перед входом в цитадель инквизиторов. Она посмотрела на Кейлена.
– В последний раз повтори мне весь план.
– Как только мы пройдем через главный вход, стража и писарь будут ждать нас за дверью. Нам известно, что Рендалл и его ученик сейчас в цитадели, ваш агент рассказал нам, что они находятся в камере и ведут допрос. Я сыграю роль инквизитора Халсена, что родом из Аргоны. Я стал Инквизитором совсем недавно. Мои преторианцы, – Кейлен указал на Эрика и Тармона, – и я сумели взять в плен эльфа, который пытался отравить воду в Данмаркене, городе, расположенном в сорока милях к северу от Бероны.
– Неужели нам действительно потребуется эта история? – спросил Эрик, закатив глаза.
