Сквозь войну и руины полностью

– Я вас понимаю. – Каллинвар сделал глубокий вдох. – Да, я прошу о многом. Каждого из вас. – Он оглядел рыцарей. – Но, когда вы приняли Печать, вы знали, что легко не будет. Вам известно, почему так важно обеспечить безопасность дралейда – даже здесь. Никто не думал, что Ильнейн падет – пока это не случилось. В тот момент, когда мы поверим, что находимся в безопасности, почувствуем себя спокойными и счастливыми – нож перережет нам горло. Защищайте дралейда. Сохраняйте бдительность. Гилдрик и другие Наблюдатели предсказали, что Кровавая Луна лишит небо блеска через несколько месяцев. Они утверждают, что новый цикл окажется короче предыдущего, и луна взойдет раньше. Я это чувствую. Активность Порождений крови увеличивается. Их атаки становятся более частыми, а число растет. Отмеченные Кровью набирают силу, Теней все больше. Вуаль все тоньше. Приближается буря. Это я могу вам точно сказать.

Каллинвар толкнул дверь в кабинет Вератина, и дерево громко заскрипело по камню. Он выругался, тряхнул головой и закрыл дверь за собой более аккуратно.

– Вуаль становится тоньше, дитя мое. Ты должен быть готовым. Ты должен меня слушать. И нам следует бояться не приближающегося шторма, а того, что придет вслед за ним.

– Покинь мою голову. – Каллинвар прижал пальцы правой руки к виску, проходя мимо множества открытых отделений на правой стене, откуда торчали свитки и старые тексты.

Он опустился в кресло Вератина. На письменном столе лежало множество открытых дневников прежних Гроссмейстеров. Каллинвар прочитал каждый и ни разу не нашел упоминаний о том, что какой-то Гроссмейстер слышал голос Акерона – и это очень сильно его тревожило. Что, если это не Акерон? Что, если это какой-то обман?

– Каллинвар.

– Уйди из моей головы, – повторил Каллинвар.

– Каллинвар.

– Я же сказал, уходи! – Каллинвар махнул рукой, сбрасывая с письменного стола дневники, свитки и стопки пергаментов, они полетели на пол.

Он встал, его отчаянно трясло, в горле пересохло, он стиснул челюсти, в нем пылала ярость.

– Услышь меня!

Обжигающая энергия, испускавшая ослепительный зеленый свет, вытекала из Печати Каллинвара, пульсировала внутри него. Он упал на колени, закрыл глаза и прижал кулаки к голове. Затем медленно открыл глаза.

– Что во имя Акерона… – Кабинет Вератина исчез, Каллинвар стоял на коленях на плато, на краю огромной скалы, вокруг мерцала голубая вода, падавшая вниз. В небе перед ним плавали огромные острова с пологами сочной зелени.

Среди крон огромных деревьев высились гигантские здания, казалось, построенные из такого же материала, что и доспехи воинов Акерона. Реки и ручьи мерцавшей воды омывали края островов и падали вниз, на землю, с высоты в несколько сотен футов.

Неожиданно воздух пронзил крик, и Каллинвар отшатнулся – три птицы, величиной с лошадь, с перьями, отливавшими металлическими оттенками пурпура и синевы, пронеслись мимо скалы.

– Добро пожаловать, дитя мое.

Печать Каллинвара пульсировала, волны энергии проходили сквозь него, волосы на затылке встали дыбом.

Он сглотнул, губы пересохли. Каллинвар втянул в себя воздух, выдохнул и посмотрел вверх.

Перед ним возникла фигура, сотканная из мерцавшего зеленого света, в два раза выше самого Каллинвара, с широкими плечами и могучим телом.

– Кто ты? – спросил Каллинвар.

– Ты знаешь, кто я, – голос исходил от фигуры, но одновременно звучал у него в голове.

Зеленый свет потускнел, и Каллинвар увидел мужчину, ростом никак не меньше двенадцати футов, закованного с головы до ног в гладкие зеленые доспехи. Наплечники имели форму сияющих солнц, они мерцали и поднимались, словно танцующее пламя, а грудь украшал опущенный острием вниз меч.

Мужчина казался молодым, не больше тридцати лет. Волосы – темные, как ночь, глаза пылали яростной зеленью.

– Акерон… – Каллинвар упал на одно колено, склонил голову, приложил руку к груди и сжал пальцы в кулак так сильно, что они задрожали. – Прости за то, что мне не хватило веры.

– Встань, дитя мое. Твоя вера неколебима.

Сердце Каллинвара стучало в груди, и его удары отдавались у него в голове. Тем не менее он встал, глядя на фигуру бога-воина.

– Все это не может быть на самом деле… – Он посмотрел на Акерона и мимо него, на парившие в небе острова. – Не может быть.

– Это вполне реально, дитя мое, но у нас очень мало времени. Эфиалтир с каждым днем становится сильнее – все больше Сущности проходит сквозь вуаль, и малые боги спешат к нему. Вот почему я говорю с тобой и рискую всем, привлекая сюда твою душу. Ты должен выслушать меня, должен быть готов.

– Я твой, Акерон. – Каллинвар склонил голову.

Ему хотелось снова преклонить колени, но он сдержался.