Единственное, чего мне сейчас хочется, – это напиться. Марк спокойно спит в нашей кровати, а я сижу на полу в ванной и держу перед собой уже десятый тест. Последний. И все они, будто сговорившись, показывают один-единственный результат – положительный. Осознание того, что я беременна, пришло в тот самый момент, когда я разговаривала с Лилей в магазине и призналась, что переспала с Сашей. Внутри что-то шевельнулось, кольнуло, и сомнений у меня не осталось никаких. Эта задержка… Потом поездка к родителям, которая прошла так хорошо, что, возвращаясь в город, я и забыла, что мы живем отдельно. Но все же мы
Я все спихивала на нервы. Постоянное напряжение. Но знала, что ошибаюсь.
На часах всего лишь половина десятого, и вряд ли он уже спит. Я медлю и нахожу его номер в последних набранных. Пара гудков, и голос единственного человека, которого я могу и хочу сейчас слышать, говорит со мной. Голос того, кто никогда не осудит и всегда, несмотря ни на что, будет на моей стороне.
– Лина, я тебя, конечно, люблю, но уже слишком поздно для семейных разговоров, не находишь? – Мне хватает секунды, чтобы расплакаться.
Всхлипы вырываются из груди, поджимаю под себя ноги и плачу. Сквозь слезы рассматриваю пустые упаковки использованных тестов и тот один, который все еще держу в руках.
– Лин, что-то с мелким? Что случилось? – Голос брата гремит на фоне музыки и других разговоров. Он не дома, веселится, а я отвлекаю его своими проблемами. Только собираюсь сказать, что все хорошо и ничего не случилось, но брат прерывает меня: – Вы ведь дома? Все, я еду! И это не обсуждается, Виталина!
К моменту, когда в дверь раздается звонок, все упаковки с использованными тестами спрятаны в мусорном ведре. Остался лишь один. Последний. Который показывает примерный срок в неделях, и тот совпадает с годовщиной родителей Саши. В этом у меня даже нет сомнений. Никаких. Тест прячу в карман кофты, а сама открываю дверь. На меня налетает Макс, хватает за плечи, ощупывает руки, глазами шарит по лицу и телу. Внимательно осматривает и потом забегает в комнату. Ему хватает секунды, чтобы удостовериться в том, что с Марком все хорошо и проблема во мне.
Без слов достаю из кармана тест и протягиваю его брату. В прошлый раз он узнал все от меня и Саши. Мы вместе рассказывали о том, что я беременна и у нас будет ребенок. И Максу, и нашим родителям. А сейчас я говорю это одна младшему брату и понятия не имею, скажу ли об этом Саше.
– Это… что? – Он подносит тест ближе к глазам, переводит взгляд с меня на него и обратно.
– Тест на беременность.
– Тут написано, что беременна.
– Да.
– Кто беременна?
– Я, – пожимаю плечами и крепко обнимаю себя руками. Осознание моих слов доходит до брата не сразу. Он снова смотрит сначала на меня, потом на тест и тихо ругается. Держит его в одной руке, а второй крепко обнимает меня за плечи. Прижимает к груди, позволяет уткнуться в нее лицом и снова хорошенько прореветься.
Легкие поглаживания по спине, прикосновения и слова о том, что все будет хорошо, успокаивают. Мы с Максом переходим в кухню. Он усаживает меня за стол, а сам хозяйничает. Ставит чайник, достает из холодильника рулет с начинкой крем-чиз, один кусочек отрезает себе, а один мне. Мне хватает секунды, чтобы отодвинуть от себя блюдце и попросить лишь обычный черный чай.
– Понял. В этот раз исключаем сладкое, да? В прошлый раз ты что терпеть не могла? Все соленое? – Он пытается подколоть меня, улыбнуться, но сейчас мне совершенно не до шуток.
По сроку я еще могу сделать аборт, но я боюсь. Боюсь посмотреть не только в глаза Саше после новости о том, что я убила нашего ребенка, но и самой себе. Я ведь не смогу после этого думать ни о чем, кроме как о неродившемся ребенке. Думать о том, мальчик это был или девочка. Какие были бы у малыша или малышки глаза, а какой сложился бы характер.
– У тебя есть бублики? Будешь?
– Буду. – Он ставит передо мной блюдце с сушками, добавляет туда немного сухарей и сладких хлебцев. Смотрю на все это и понять не могу, когда могла купить это. Не помню, чтобы в последнее время приобретала в магазине что-то вроде сухарей.
Мы пьем чай в тишине. Я думаю о еще не родившемся ребенке, а Макс нервно постукивает ногой по полу и поглядывает на меня. Его телефон лежит на краю стола, и прямо ощущаю, как он хочет бросить все и написать Саше, вызвать его в эту квартиру сейчас. О том, что я слышала их разговор тогда на речке, никому не говорила. Саша, более чем уверена, и так знает, что я слышала, но не брат.
– Ты скажешь ему?
– Не знаю.
– Ты ведь понимаешь, что вечно скрывать беременность не сможешь? У детей есть большая способность к быстрому росту, даже когда они еще не родились. От силы еще пару месяцев, а дальше…
