– Это не удалось лучшим магам Веланта! Да, они смогли вернуть ему какие-то крупицы: Ведарда вспомнил своё имя и дом в Веладе, где жил. Видимо, этого хватило, чтобы он сам втайне восстановил и другие воспоминания. – Молодой некромант ахнул. – Да он же заранее всё спланировал! Конечно, он оставил себе какие-то подсказки! Значит… двадцать лет назад он предполагал, что ритуал может пойти не по плану?!
Ильд’Ор не выглядел удивлённым.
– Ведарда однажды был здесь, и я уже сомневаюсь, что прошлый ритуал был сорван случайно. Без его участия тогда явно не обошлось. А теперь этот убийца вернулся.
– А как ты стал учеником Ведарды? – спросила Вилита у Хассо. – Если он прикидывался безумным всё это время, разве он мог учить?
– Несколько лет назад меня назначили его новым помощником. Ну, убирать, мыть, кормить. – Парень вздохнул. – Я и понятия не имел, что учи… Ведарда окажется в своём уме! И он так красиво рассказывал про жизнь и смерть, про сплетение магических сил…
Вдруг Хассо хлопнул себя по лбу и окликнул меня:
– Риона! Ведь это ты та самая полуэльфийка, о которой он предупреждал? Говорил, что ты можешь знать о его планах. Тарис была в ярости, когда вы с Вилитой сбежали в Вейне.
Я понятия не имела, о чём он. Совсем недавно узнала имя старика, какие там планы?!
Хассо достал из кармана мантии латунный медальон.
– Думаю, это твоё. Ведарда велел сохранить, но мне кажется, будет правильней вернуть потерянную вещь хозяйке. Он смотрел на кулон каждый день, и я считал, что это какой-то важный артефакт.
– Да нет же! – фыркнула Вилита, забирая у него раскрытый медальон и передавая мне. – В нём нет ни капли магии! Только портрет мамы Рионы.
– Я так и понял в итоге, – кивнул Хассо. – Но Ведарда был им просто одержим. Эта женщина на портрете внушала ему тревогу. И она – твоя мать? Такая красивая…
Я вытаращилась на медальон, вернувшийся ко мне самым неожиданным образом, и прижала его к сердцу.
– Да, это мама. Её звали Марен.
– Это имя уроженки Веланта, – заметил Хассо. – Она была магом?
– Что? Нет. Нет! Не знаю! Она почти ничего не говорила о себе, – поспешно ответила я.
Вилита однажды уже спрашивала меня об этом, но я больше не была так уверена в своих словах. И в самом деле, это имя… Моя мать – волшебница из Веланта?! Ритуал двадцать два года назад, Ведарда… Значит ли это, что мама побывала тогда в Лесных землях? Не там ли она и встретила отца? Но ведь мама не владела магией? Или я не знала об этом?!
Я оступилась на раскрошившейся под ногой гнилушке и влетела лицом в липкие нити растянутой между ёлками паутины.
Воздух неожиданно дохнул тлением. Вилита вздрогнула, а Хассо замер на месте.
– Так много смерти, – ошарашенно сказал он. – Там, впереди.
Густой лес, полный жизни, движения и звуков, закончился, будто кто-то провёл ровную незримую границу. Перед нами возвышались погибшие деревья: голые серые сосны, остовы лан, торчащие из земли, как выбеленные кости, а с поникших еловых лап свисали клочья истлевшего мха.
– Лин’Дэл завёл их в Пепельный лес, – нарушил молчание Ильд’Ор.
Я сделала шаг, и выцветшая трава рассыпалась невесомой пылью под ногой.
– Что здесь произошло? – звуки были глухие, я не узнавала свой голос. – Пожар?
– Всё тот же ритуал. Волшебники нарушили течение магии в Сердце Леса недалеко отсюда, – откликнулся Ильд’Ор. – И взбешённая сила выплеснулась здесь, погубив множество ла’ори. Смотри!
Между жалкими соснами застыли огромные почерневшие деревья. Давно безжизненные, но до сих пор величественные.
– Я бы хотел, чтобы ты впервые увидела ла’ори живыми, полными сил и магии, – сказал Ильд’Ор. – А мы пришли на кладбище.
– Зато теперь я понимаю, почему старейшины так стремились встретиться с теми, кто их погубил, – ответила я, рассматривая искорёженные деревья.
Неведомая мне сила согнула и поломала крепкие стволы. Лаори бессильно тянули к небу обугленные ветви, полностью лишённые магии. Я дотронулась до коры, испещрённой глубокими трещинами, и дерево бесшумно осыпалось прахом. Я испуганно отдёрнула руку, но Ильд’Ор указал на несколько шагов левее.
– Не бойся. Это место мертво, но не проклято. И мы верим, что даже сюда однажды вернётся жизнь.
Я посмотрела в направлении, куда показывал эльф, – пепел взметнулся с земли вихрем и принял форму сломанного дерева лаори. Лес только на первый взгляд казался оцепеневшим. Он постоянно менялся, от лёгкого дуновения ветра деревья рассыпались и поднимались вновь на новом месте, и это по-своему завораживало.
Но не зная дороги, можно блуждать здесь до конца своих дней, пока не станешь такой же серой пылью, как всё вокруг.
– Ильд’Ор, – позвала я шёпотом. – Смотри, там!
Казалось, что от любого звука лес рассыплется, погребая нас.
Среди бесцветных деревьев выделялось яркое пятно, рыжее, как свежая ржавчина или пламя. Последняя искра среди остывшего пепла.
Забыв об осторожности, Ильд’Ор кинулся туда.
– Стой! Это может быть ловушка! – Я не успела его задержать и ринулась следом.