Отправив все правила в адское пекло, Николь бросилась на шею к Леону, крепко сжимая в объятиях. Леон уткнулся носом в плечо девушки, вдыхая нежный аромат французских духов, и успокаивающе погладил по спине.
– Скоро увидимся, – шепнула она и отстранилась, вытирая слезы перчаткой.
– Обязательно, – ответил улыбкой на улыбку Леон.
Завидев уходящих гостей, леди Аверлин поспешила спуститься, чтобы проводить их лично. Женщина приблизилась быстрым шагом и положила руки на плечи Николь, растирая покрасневшую от холода кожу.
– Николь, мистер Реймонд-Квиз, если закончили с прощанием, то вам следует отправиться в свои комнаты. На улице холодно. Не хотелось бы, чтобы вы слегли с простудой.
– Да, леди Аверлин, – в унисон ответили Николь и Викери, и, бросив прощальный взгляд на ребят, убежали внутрь пансиона.
– Надеюсь, вам понравилось торжество? – обратилась она к Кассергенам и Леону.
– Столь прекрасного торжества еще видеть не приходилось, – любезно ответил Рэйден. – Надеюсь, однажды и вы навестите нас на похожем празднестве.
– Буду с нетерпением ждать вашего приглашения.
– Прощайте, леди Аверлин.
Рэйден протянул ей руку. Посчитав его жест за желание прощального поцелуя, женщина кокетливо улыбнулась и вложила пальцы, однако странник лишь вежливо накрыл их своей ладонью и аккуратно сжал. В глазах хозяйки отразилось разочарование. В ее возрасте на легкомысленные романы рассчитывать не приходилось, и все же это не мешало надеяться. К тому же Рэйден был красив, молод и не обделен титулом, – такому сочетанию сложно противиться. И все же леди Аверлин сумела сохранить свое достоинство. Она обменялась прощальным кивком с семейством Кассерген и, поправив меховую накидку на своих плечах, стала ожидать их отъезда.
– Я благодарен за то, что вы для меня сделали, леди Аверлин, – произнес Леон, прежде чем скрыться за Кассергенами внутри кэба.
– Все, что вы имеете сейчас, это заслуга вашего везения, мистер Самаэлис. Воспользуйтесь правильно тем знанием, что вам подарил Господь.
Леон кивнул и запрыгнул в кэб, взглядом провожая удаляющуюся фигуру леди Аверлин. Пусть она и была всегда холодна к нему, порой груба и брезглива, но Леон верил, что не только слова племянницы повлияли на ее решение оставить его в пансионе. У нее было сердце, сердце, что любило всех детей, коих она сама не имела.
Кэб высадил их у того самого дома глухой старушки. Рэйден расплатился с рослым извозчиком приличным по весу мешочком, добавив за ожидание и личную признательность, после чего поспешил к дверям. Стучать не пришлось, пожилая женщина открыла им прежде, чем те поднялись по лестнице.
– Неужто она вообще никогда не спит? – удивился Леон, заходя внутрь.
– Поспишь тут с вами, – проворчала женщина.
– Простите, но как вы узнали, что мы пришли? – полюбопытствовала Джоанна.
– Я глухая, а не слепая. В окно увидела, – хохотнула старушка. – Лорд Кассерген предупредил, что вы должны вернуться к назначенному часу.
– Спасибо, Женева. – Рэйден с благодарностью пожал морщинистую руку хозяйки дома.
Пожилая женщина кивнула и указала на пустующую гостиную, где, очевидно, и дожидалась их прибытия. В камине горел огонь, а кресло-качалка, еще не успевшее остановиться, тихо поскрипывало. Но все исчезло в пелене, когда они сложили амоны.
Странники и бессфера оказались перед воротами поместья Кронхилл. После темноты лондонской ночи столь яркое энрийское утро рябило в глазах. Усталость изводила. После множества танцев их одежда промокла от пота, а ноги едва держали. Возникало непреодолимое желание принять ванну и немедленно погрузиться в объятия сна, не утруждая себя расстиланием постели.
Запах жженой древесины встретил у порога. Леон помнил, что они затушили камин перед тем, как отправиться на бал, но отчетливо слышал потрескивание дров, а следом и чьи-то шаги. Кто-то тихо перешептывался в малой гостиной.
Джоанна спешно схватила зонт, готовая использовать его в качестве оружия, а Рэйден и Леон пробудили небесные руны, и все трое неторопливо пошли по коридору, минуя скрипучие доски. Не похоже, что кто-либо из них ждал гостей.
В гостиной царил полумрак. Шторы были плотно задернуты. Лишь огонь шипел и извивался в камине, пожирая дрова до черных углей. Две темные фигуры расслабленно наблюдали за пламенным танцем, погрузившись в свои мысли, но внезапный скрип двери заставил их обернуться и встретить хозяев дома довольными улыбками.
– Долго же вас пришлось ждать.
– Николь? – не поверил своим глазам Леон.
Словно порывистый ветер, юная леди бросилась к нему на шею, и Леон, подхватив за талию, с радостью закружил ее в своих объятиях. На ней уже не было бального платья и безукоризненной прически, но тело все еще источало аромат нежных духов и легкой пудры. Леон пребывал в легком замешательстве. Его взгляд метался то на Николь, то на Викери, и он совершенно не понимал, что же тут происходит. И вероятно, он был единственным, кто испытывал такое недоумение.
