Выпущенный из ладони мастера луч взорвал окружавшую проклинателя искрящуюся дымку, и впервые за время поединка вызвал у колдуна злобную гримасу. Тот морщился не от боли, и не из-за выгоревших амулетов защиты: практически готовое заклинание активировалось раньше времени от капли его собственной крови, отлетевшей от встряски на контур незаконченной волшбы. Дирган потратил столько сил и времени, так и не добившись желаемого. Второе столь же мощное заклинание он сотворить уже не мог. Пришлось довольствоваться остатками того, что получилось, и по большой дуге направить к врагу, чтобы Ургас ничего не заметил, отвлекаясь на неубиваемый пузырь.
Мысленно Дирган уже потирал ладони, празднуя победу. Даже если недоделанное заклятие не убьет противника, продолжать схватку тот вряд ли сможет. Осталось продержаться еще пару минут – и с врагом будет покончено.
В это время небо над куполом расчертили сразу несколько десятков молний. Похоже, грозовой сезон перед уходом решил громко о себе напомнить. В свете серии вспышек мастер разглядел торжествующую ухмылку на лице врага.
Для безоговорочной победы в поединке проклинатель действительно сделал все, однако он не знал особенностей полигона. А напитанный энергией клочок земли, почувствовав движущееся по нему заклятие, попытался уничтожить чужую магию. Когда не справился сам, послал тревожный сигнал Ургасу. Мастер лихорадочно ускорился, завершая создание своего коронного удара.
Несмотря на шестой ранг, в его арсенале имелась парочка заклинаний седьмого уровня. Одно из них, включавшее элементы двух стихий и магию разума, носило взрывной характер. Огонь и вода – вечные антагонисты, соединяясь, создали могучую ударную волну, выдержать которую мог далеко не каждый щит. После их воздействия последовал ментальный удар, способный лишить сознания даже высокоуровнего мага.
А следом за ментальной магией подключился полигон. Он мог не только передавать жизненную силу, но и отбирать ее у тех, кого считал врагами. В итоге мощный взрыв повалил Диргана на землю, удар по мозгам не позволил собраться с мыслями, а последовавший за ним резкий отток жизненных сил вообще лишил проклинателя сознания. Ургас, не мешкая, создал и запустил молнию, оборвавшую жизнь противника. Большой пузырь сразу лопнул.
На мгновение повисла тишина, однако тревожное напряжение, исходившее от полигона, не исчезло, а, наоборот усилилось.
– Поединок выиграл мастер Ургас, – объявил Кортис.
И в этот момент учителя настигло коварное заклинание проигравшего.
Очередной грозовой фронт настиг нас с Уцкумом уже вечером, когда впереди показались первые дома небольшой деревеньки. Опасаясь ливня, мы пришпорили лошадок. Парень с одного взгляда определил избу, где нам могут предоставить ночлег. И не ошибся. Хозяйка дома, миловидная женщина лет двадцати пяти, рано овдовела и потому была рада любому заработку. Оно и понятно – требовалось кормить двоих мальчишек.
Когда я положил на стол золотую монету в оплату ночлега, она захлопала ресницами и тихо сказала:
– Господин, я бедная женщина. У меня нет сдачи с таких денег.
– А кто говорил о сдаче? Просто мои принципы не позволяют платить за ночь меньше.
На щеках хозяйки вспыхнул румянец. Понял, что ляпнул не то… С другой стороны, каждый понимает в меру своей… начитанности. Сразу постарался отойти от скользкой темы.
– Еще было бы неплохо поужинать. Это возможно? – задал вопрос, доставая из кармана горсть серебряных монет.
– Меня зовут Тариза, – еще сильнее покраснела она. – Когда господину будет угодно отужинать?
– Через час успеешь приготовить?
– Конечно. Вам принести в комнату?
– Зачем? Все вместе и поедим, если не возражаешь.
– Господин очень великодушен.
Только сейчас она взяла деньги со стола и покинула выделенную мне комнату.
«Пожалуй, так зазывно «господином» меня еще никто не называл. Как там говорил индюк-виконт – мы должны повелевать? Если – миловидными дамочками, то я не против. Особенно, когда они так многозначительно смущаются. Так-так-так, Платон Громов… Твоя непокобелимость, как любила говорить одна моя подружка из прежнего мира, явно сдает позиции. А что делать – не мы такие, жизнь такая».
Закончив внутренний диалог с собой, любимым, умылся и сменил походную одежду. Оставшееся до ужина время решил потратить на полезное и все откладываемое дело – как говорили состоятельные кроты из мультика про Дюймовочку: «а не посчитать ли нам?»
Трофеев за время короткого путешествия собрал немало. Особенно приличный урожай достался после схватки со зверолюдом. Принялся выкладывать на стол содержимое забитой под завязку волшебной торбы.
«Ну и барахольщик же я! – ужаснулся, осмотрев залежи, извлеченные из «закромов». – Вот что значит, иметь сумку, скрывающую и вес, и объем. С обычной трижды бы подумал, что туда класть. Так, сначала нужно пересчитать монеты».
