Руки оставили в покое мое горло, и вскоре мы втроем уже сидели у костерка, как старые добрые приятели. У Веллера оказались с собой свежий крепкий кофе и ароматный табачок, и в качестве извинения за попытку придушить меня и Старого он угостил нас. Ничего лучше мы не пили и не курили уже несколько месяцев. По нашему восторгу Веллер заключил, что жизнь на «ВР с черточкой» не сочится молоком и медом, и я уже собрался поведать ему нашу историю, но Густав открыл рот первым.
– На самом деле не так уж плохо, как можно подумать, – сказал он. – Работа тяжелая, жратва дрянная и управляющий сукин сын, но где по-другому? А что тебя привело в эти края?
Веллер уставился на огонь.
– Ищу себе пропитание. В Майлзе с работой совсем глухо, вот и решил попытать счастья в Вибо.
«Если ты направляешься в Вибо, с какой стати тебя занесло так далеко на юг?» – мог бы спросить я. Или: «Мне казалось, что те, кто ищет пропитание, обходят “ВР” стороной, а не едут через него». Но я придержал язык и предоставил говорить Старому, поскольку он, по своему обыкновению, явно пытался что-то раскопать.
– С кем едешь?
– Только я и лошадь.
– Вот как? – удивился Старый. – Не слишком ли рискованно одному шататься в этих местах? Мало того что надо опасаться Макферсонов, но ведь рядом еще и Голодный Боб рыщет.
Веллер хмыкнул.
– У-у, Старый, я-то думал, ты человек разумный, не станешь травить байки про всякие ужасы, как трепливые курицы в Майлзе. Все эти разговоры о Бобе Трейси не ценнее ведра помоев. Он уже давно в Саскачеване – или жарится в аду.
– Сомневаюсь. Сдается мне, Боб гораздо ближе.
– Неужели? – Пренебрежительная улыбочка Веллера слиняла. – И с чего ты вдруг так решил?
– Для начала, примерно с неделю назад я видел следы. Как будто тут скитается бродяга, пешком, скрываясь и питаясь подножным кормом.
Веллер расхохотался, но веселье его казалось натужным.
– И всё? Черт возьми, если каждый раз шарахаться от медвежьего помета, то лучше продать седло и начать вязать носки.
– Густав знает, как выглядят медвежьи следы, и это было другое, – вмешался я, пытаясь защитить честь брата. Вместо благодарности он проигнорировал меня, как и Веллер, который продолжал смеяться.
– Ну а кроме того, – продолжил Старый, – вот и ты здесь.
Веллер поперхнулся смехом.
– О чем это ты?
Теперь настал черед Густава веселиться, и он одарил Веллера хитрой полуулыбкой.
– Да я вот сижу и думаю: чего это ты шныряешь в окрестностях «ВР с черточкой», которое вовсе не славится гостеприимством? И вдруг понял, что дурные слухи насчет «ВР» кое-кому могут прийтись вполне по вкусу. А именно человеку в бегах – и тому, кто хочет его поймать. Скажи-ка, Джим, сколько дают сейчас за голову старины Боба? Бьюсь об заклад, деньги тебе не помешали бы.
На лице Веллера сменяли друг друга испуг и раздражение, и наконец победило второе. Он вздохнул и швырнул окурок в костер с видом человека, которого поймали на блефе с крупной ставкой.
– Тысячу долларов, – сказал он угрюмо. – И да, деньги мне бы не помешали.
– Да ладно, не боись, мы тебя не выдадим, – ободрил его Старый. – У нас тут свои дела. Просто хотел убедиться, что ты в них не замешан.
При этих словах Веллер испытал явное облегчение, хотя меня они ничуть не обнадежили. Я уже произвел в уме вычисления, разделив тысячу долларов на три доли, и полученные цифры выглядели весьма и весьма соблазнительными.
– Ну и с чего ты взял, что Боб где-то здесь? – спросил Густав.
– Да ты сам уже все сказал, – ответил Веллер, все еще с некоторой опаской. – Работу найти не вышло, вот я и подался в охотники за головами. Отправился в Биддл, потому как говорили, будто Голодного Боба видели там пару недель назад. Нашел погонщика мулов, который разговаривал с ним – или с кем-то похожим – в придорожном салуне. Погонщик сказал, что тот парень очень даже обрадовался, когда услышал про «ВР с черточкой», – и места много, и дурная слава. Вот я и подумал: в «ВР» легко спрятаться, раз парни вроде меня туда сунуться побоятся.
– И ты направился сюда и начал искать.
– Верно.
– И?
– Ни следа Голодного Боба. Правда, как увидел ваш костер, решил, что наконец-то нашел людоеда, – ухмыльнулся Веллер. – И еще кое на кого наткнулся помимо вас, парни.
– Бифало, – кивнул Старый.
– Так вы их тоже видели?
– Не просто видели: Отто они чуть не втоптали в землю.
Веллер захохотал, да так заразительно, что и я присоединился, хотя смеялись надо мной.
– Так эти волосатые твари и есть бифало? – уточнил я, довольный тем, что наконец увидел своими глазами столь редких зверей.
Бифало – гибрид, помесь коровы и бизона. Одно время на Западе все на них прямо помешались, пока до народа не дошло, насколько это глупая затея. Бизонья кровь дает здоровенное мясистое потомство, которое переносит зимние холода гораздо лучше любого бычка. Но это уродливые непредсказуемые твари, свирепые и злобные, в отличие от тупых, но смирных обычных коров. Кроме того, телята бифало слишком крупные для коровьей анатомии и при родах часто убивают мать.
