О том, как протекала холостая жизнь Сталина, известно не только из слухов. После ноябрьских праздников в Москву все-таки приехал Киров. Теперь, когда Нади больше не было, Сталин завел привычку по вечерам смотреть со своей свитой кино[1341]. В ночь с 10 на 11 ноября Борис Шумяцкий, начальник советской кинопромышленности, показал Сталину, Кирову и Молотову новый фильм «Чапаев»[1342]. Шумяцкий, родившийся в 1886 году в городе Улан-Удэ поблизости от озера Байкал, бывший советский посол в Иране и бывший ректор Коммунистического университета трудящихся Востока, был поставлен вместо Мартемьяна Рютина во главе советской кинопромышленности, которая в то время считалась тихой заводью, но он вдохнул в нее новую жизнь. В кремлевском кинозале несколькими рядами, по три в ряд, стояли мягкие кресла с большими подлокотниками и высокими спинками, за которыми не было видно, кто сидит в кресле. Пол зала был затянут серой тканью, поверх которой была положена дорожка, заглушавшая шаги. Сталин комментировал фильмы и во время просмотров, в темноте, и позже, когда включали свет. Рядом с каждым креслом стояли столики для грузинской минеральной воды и вина[1343]. «Отправлялись туда после обеда, т. е. часов в девять вечера, — вспоминала Светлана. — Это, конечно, было поздно для меня, но я так умоляла, что отец не мог отказывать и со смехом говорил, выталкивая меня вперед: „Ну, веди нас, веди, хозяйка, а то мы собьемся с дороги без руководителя!“» Сталин нередко смотрел сразу несколько фильмов, и Светлана порой ложилась спать уже после полуночи, даже если наутро нужно было идти в школу. «Я уходила из кино поздно, быстро бежала домой по пустынному, тихому Кремлю, и назавтра шла в школу, а голова была полна героями кино»[1344].
Чапаев, герой Гражданской войны, изображался в одноименном фильме живым человеком, не лишенным недостатков, а белые были показаны достойными противниками. Сталин уже видел этот фильм дважды и полюбил его за непритязательные подробности. «Вас можно поздравить с удачей, — сказал он как всегда нервничавшему Шумяцкому. — Здорово, умно и тактично сделано. Хорош и Чапаев, и Фурманов, и Петька. Фильм будет иметь большое воспитательное значение. Он — хороший подарок к празднику». «Чапаев» побудил Сталина к строительству звуковых кинотеатров по всему СССР (их было на всю страну всего 400 или 500 при общем количестве кинозалов примерно в 30 тысяч)[1345]. «Я буду интересоваться этим больше, чем до сих пор», — сказал он Шумяцкому в ночь с 9 на 10 ноября[1346]. На просмотре 10–11 ноября Сталин, обратившись к Кирову, осудил его за то, что тот ни разу не побывал на ленинградской киностудии (где и был снят «Чапаев»): «Вот тут говорят о твоих ленинградских фильмах, а ты их и не знаешь, не знаешь, какое у тебя таится там богатство, наверно, никогда и не смотришь кино». Как пошутил Сталин, Киров «забюрократизировался»[1347].
Сталин пригласил Шумяцкого остаться на ужин. Начальник кинопромышленности, воспользовавшись моментом, сообщил, что Госплан зажимает финансирование, на следующий год выделив для кино всего 50 миллионов рублей вместо «минимальной» суммы в 92 миллиона. «Слышишь, Молотов, это не дело, — сказал Сталин. — Проследи сам». Кроме того, Шумяцкий упоминал, что первые рецензии на «Чапаева» были положительными, но их авторы неверно расставляли акценты[1348]. «Ох уж эти критики, — ответил Сталин. — Они дезориентируют». Диктатор позвонил Мехлису и приказал ему организовать более яркий отзыв, который и появился на следующий день в «Правде» (12.11). Сталин, к которому присоединились Калинин и Жемчужина, жена Молотова, решил посмотреть «Чапаева» второй раз за ночь. «Чем больше его смотришь, — сказал он, — тем он кажется лучше, тем больше находишь в нем новых черт». Кинопоказ продолжался до двух часов ночи[1349]. 13 ноября после работы Киров вместе со Сталиным отправился на дачу в Зубалове, где они играли в бильярд и смотрели кукольный спектакль, устроенный Светланой и другими детьми, а ужинать поехали к Сталину на новую Ближнюю дачу. В Зубалове семья Сталина ужинала снетками и сигами, привезенными Кировым. Как отмечала Сванидзе, с Кировым у Светланы была «большая дружба (потому что И[осиф] с ним очень хорош и близок)»[1350].
