5 июня Геббельс на одной из своих регулярных конференций для нацистской печати утверждал: «Фюрер решил, что войну невозможно завершить без вторжения в Англию. Поэтому операции, планировавшиеся на востоке, отменены. Он не может указать никаких точных дат, но одно несомненно: вторжение в Англию начнется через три или, может быть, пять недель»[5139]. На следующий день британское Министерство иностранных дел отозвало Криппса в Лондон «для консультаций»[5140]. Берлин с тревогой ждал каких-то неприятных сюрпризов; в свою очередь Лондон все еще опасался, что в последний момент Гитлер и Сталин заключат новый пакт, направленный против Англии. В тот же день Сталин подписал постановления «о мероприятиях по подготовке к переходу промышленности на мобилизационный план по боеприпасам» и о возможном переводе всей промышленности на военные рельсы с 1 июля[5141]. 6–10 июня вермахт перемещал свои танковые и моторизованные дивизии к самой границе (до этого вперед были выдвинуты главным образом пехотные части); на марше они поднимали тучи пыли и производили страшный шум, что служило самым несомненным признаком обширных изменений в расположении частей. Альта 7 июня 1941 года сообщала: «Фактом является то, что сроки начала кампании против России перенесены после 20 июня, что объясняется большими материальными потерями в Югославии. Никто из информированных инстанций не сомневается, что военные действия против России будут проведены»[5142].
Тогда же, 7 июня, был арестован генерал-полковник Григорий Штерн, начальник ПВО; он стал одним из более чем 300 офицеров, отправленных в том месяце за решетку, включая 22, удостоенных высшего воинского отличия — звания Героя Советского Союза[5143]. Под пытками Штерн признался в шпионаже на Германию с 1931 года[5144]. Сталин уже какое-то время был недоволен тем, что ежедневно в ходе тренировочных полетов ВВС теряют 2–3 самолета[5145]. Кроме того, он назначил ПВО козлом отпущения за нарушение воздушного пространства немцами, спровоцировав шквал взаимных доносов. Также в число арестованных входили заместитель Жукова как начальника Генштаба генерал-лейтенант Яков Смушкевич, которого забрали из больницы (8 июня), где он находился в ожидании серьезной операции (в тюрьму он шел на костылях), и нарком вооружения Борис Ванников (его заклятый враг маршал Кулик вскоре после этого был понижен в должности, но избежал ареста)[5146]. Был арестован (8 июня) и бывший начальник ВВС, 30-летний генерал-лейтенант Павел Рычагов, снятый по настоянию Жукова и Тимошенко. Будучи летчиком-асом, удостоенным звания Героя Советского Союза, ордена Ленина и трех орденов Красного знамени, Рычагов не годился для такой высокой должности, но Сталин уничтожил всех прочих. Его избивали резиновыми дубинками, но он отказывался признаться в измене[5147].
7 июня, в разгар этих арестов, Голиков указывал Сталину, что, помимо мобилизации в Румынии и правого фланга немцев, «особое внимание необходимо уделить продолжающемуся усилению немецких войск на территории Польши»[5148]. 8 июня до немецкого Министерства иностранных дел дошли известия, будто бы советский посол в Румынии говорил, что войны, вероятно, не будет, а будут переговоры, которые потерпят неудачу, если немцы выдвинут чрезмерные требования[5149].
На немецкой стороне границы, как было известно НКГБ, накапливались солдаты в полном боевом оснащении и бензовозы с топливом[5150]. 9 июня Богдан Кобулов передал Сталину, Молотову и Берии записку Фитина, основанную на сообщениях от Старшины и Корсиканца; в ней отмечалось, что слухи о переговорах и ультиматуме «систематически распространяются германским министерством пропаганды и верховным командованием германской армии. Этим преследуется цель замаскировать подготовку нападения на Советский Союз и максимально обеспечить неожиданность этого нападения». Это было верно. Но в докладе также приводились слова начальника русского отдела при германском штабе ВВС о том, что Гитлер предъявит Советскому Союзу «требование о предоставлении немцам хозяйственного руководства на Украине, об увеличении поставок хлеба и нефти, а также об использовании советского военного флота, прежде всего подводных лодок, против Англии»[5151].
