— Пожалуй, в этом нет необходимости, моя дорогая кузина, — заявил Аден. От девушки, впрочем, не укрылось, что майор Мерваль перед тем бросил быстрый взгляд на Анселя, а маг коротко кивнул в ответ. — Ваших слов мне вполне достаточно. Но позвольте поинтересоваться, почему среди всех возможных кандидатов для спарринга вы выбрали именно подчинённого Картена? Я хочу сказать, это подразделение лейтенанта выполняет скорее хозяйственные функции, и от его бойцов не стоит ожидать большой сноровки в обращении с оружием.
Юнис молчала, проклиная себя за то, что не озаботилась вовремя придумать объяснения своему выбору, который и вправду мог показаться странным. Не хватало ещё, чтобы Аден ей не поверил из-за этой нелепости.
— Я полагаю, это недоразумение произошло из-за меня, — очень вовремя пришёл ей на помощь Ансель. — Видите ли, госпожа Роан попросила меня выяснить, кто считается лучшим фехтовальщиком в Орлином Гнезде. Я как мог навёл справки и даже получил ответ, но, как теперь понимаю, по всей видимости, стал мишенью для чьей-то шутки. Я, видите ли, слабо разбираюсь в таких вещах и попросту не заметил подвоха.
Маг картинно развел руками, подчёркивая собственную неосведомлённость в армейских делах.
— Но, кузина, почему же вы просто не обратились с вашим вопросом ко мне? — услышав это объяснение, поинтересовался Аден Мерваль.
— Видите ли, мне подумалось, что если вы сами найдёте мне партнера для занятий, то этот человек будет, ну знаете, слишком волноваться из-за ответственности и станет излишне осторожничать, — попыталась на сей раз выкрутиться своими силами Юнис. Оправдание звучало довольно нелепо, но, кажется, вполне удовлетворило коменданта.
— Должен заметить, сударыня, ваше свидетельство решительно меняет дело, — медленно проговорил Аден.
Юнис облегчённо вздохнула.
— А вы двое, что скажете? — обратился комендант к провинившимся солдатам.
Гордая собой, девушка бросила торжествующий взгляд на Эсгера, ей хотелось подбодрить его, дать понять, что теперь всё будет хорошо. И только тут Юнис заметила перемены, произошедшие с клеймёным. Прежде тот с отменным спокойствием отвечал на вопросы и покорно ждал своей участи. Даже сообщение о предстоящей порке, казалось, мало его смутило. Теперь же Эсгер переменился в лице, в его взгляде читалось крайнее волнение, и, кажется, даже испуг. Клеймёный ничего не ответил на вопрос командира.
— Ты что молчишь? — накинулся на него комендант. — Может, ты хочешь опровергнуть слова моей кузины?
Эсгер тяжело вздохнул и опустил голову.
— Нет, ваше высокоблагородие. Всё ровно так и было, как госпожа говорит.
Снова волна шепота прокатилась среди присутствующих.
— Прекра-а-асно, — саркастически протянул Аден Мерваль. — Ну, Картен, что вы теперь думаете о наказании для ваших людей?
— Я полагаю, для сего случая плетей уже будет недостаточно, — отозвался лейтенант. — В свете открывшихся обстоятельств, я бы полагал целесообразным и в самом деле использовать так называемую «жилу», по крайней мере, в случае Эсгера.
Юнис сперва показалось, что она ослышалась, девушка никак не могла понять, что происходит.
— Но как же так? — вскричала она. — Я же вам говорю: во всём случившемся только моя вина. Эти люди не заслужили наказания.
— Вы ошибаетесь, сударыня, — наставительным тоном обратился к ней виконт. — Клеймёный Эсгер самым вопиющим образом нарушил определённый приказ, прекрасно ему известный. Такого рода проступки в армии недопустимы и должны быть наказаны по всей строгости.
Юнис бросила растерянный взгляд на сержанта. Тот стоял, сжав зубы, и внимательно смотрел на виконта. Оправдаться клеймёный не пытался.
— Но что за приказ? — не унималась девушка.
Аден как будто бы смутился и некоторое время медлил с ответом.
— Я не намерен сейчас его повторять, кузина, — сказал он наконец. — Довольно и того, что сей приказ был в своё время надлежащим образом доведён до сведения всего личного состава. И, поверьте мне, вина этого солдата не вызывает сомнений, а наказание, упомянутое лейтенантом, выглядит вполне оправданным.
— Но это несправедливо! — только и могла воскликнуть девушка.
— Позвольте с вами не согласиться, сударыня, — на сей раз в разговор вступил лейтенант Картен. — Клеймёный Эсгер со всей очевидностью прекрасно осознавал свою вину и придумал заведомую ложь, чтобы скрыть свой проступок. В довершение всего, он ещё и воспользовался своим положением, чтобы заставить непричастного человека подтвердить свои слова. Я настаиваю, что мой подчинённый продемонстрировал абсолютно неприемлемое поведение. И предлагаю в качестве наказания «жилу» третьей степени для сержанта Эсгера, — добавил он, слегка повысив голос. — И первой — в случае рядового Рахана, поскольку враньё тоже следует карать самым жестоким образом.
— Я полностью поддерживаю вас, лейтенант, — отозвался майор Мерваль.
От Юнис не укрылось, как побледнело при звуках этих слов лицо Эсгера.
— Можно вас на пару слов? — попросила девушка кузена.
— Разумеется, дорогая кузина, — был ответ.
