Что и говорить, тётушка Соланж задала мне непростую задачу. И ведь как тонко всё рассчитала! Знает же, что я не в том положении, чтобы отказываться от её щедрых посулов. В других обстоятельствах я бы, наверное, сказал «нет» — воспитание отбившихся от рук девиц отнюдь не моя сильная сторона. Откровенно говоря, я сыт по горло многочисленными кузинами, племянницами и прочими младшими родственницами, что окружают меня всякий раз, стоит только по какой-то надобности оказаться в отчем доме. Нет, разумеется, долг мужчины в семье — это святое, и будь я проклят, если промедлю хоть миг, когда речь идёт о защите наших многочисленных дам. Вздумай какой-нибудь нахал хоть чём-то обидеть любую из моих родственниц, я без раздумий вызову этого наглеца на поединок, чтобы как следует его проучить. Но как быть, если девица и сама рада подраться на дуэли, а тебе вменяется в обязанность сделать так, чтобы она не зашла слишком уж далеко по этой опасной дорожке? К таким задачам, признаюсь честно, я совсем не готов.
Однако, что прикажете делать, ведь должность при Генеральном штабе дорогого стоит. К тому же, за прошедшие годы мне просто осточертел этот кусок камня, притулившийся на скале, который, как по мне, излишне льстиво, называют Орлиным Гнездом. Вот и пришлось, со всем рвением, хотя и без особого желания, взяться за дело. В первую очередь, ещё до прибытия в гарнизон юной особы, я решил подготовить своих людей к её приезду. Даже это, признаться, вызвало немало вопросов. Разумеется, можно было бы и вовсе никому ничего не объяснять. Но народ у нас, конечно, ушлый, а любой повод для разговоров в крепости почитается за счастье. Пересуды пошли бы среди всех чинов, уж не сомневайтесь, а там правда с выдумкой перемешались бы так, что и я сам уже навряд ли отличил бы одно от другого. В конце концов, у многих моих офицеров имеется родня в столице, так что новости оттуда, особенно скандального свойства, до нас доходят исправно. А если к истории о похождениях моей кузины добавить толику пикантных подробностей собственного сочинения, получится такая гремучая смесь, что даже алхимикам не снилась. В общем, по здравому размышлению, решил я собрать людей и объяснить перед всеми, кто такая моя кузина Юнис и для чего она к нам прибывает. А заодно строжайшим образом запретил всему личному составу заниматься с девицей фехтованием. Тут логика простая: ей, как я понимаю, сие благородное искусство очень уж по нраву, а мне велено её восторги не поощрять. Таким образом, не следует предлагать ей никаких уроков, а тем более, учебных поединков. Сделаем вид, что у нас никто и вовсе подобным не занимается. Заодно и никаких рисков для этой Юнис пораниться по несчастливой случайности. Мне, сами понимаете, было бы неудобно в случае чего отвечать за её здоровье перед тёткой.
Ладно, с этим разобрались. Дальше принялся я составлять план, как бы мне получше поручение графини Пиллар выполнить. И в этом вопросе ситуация сложилась, по правде говоря, двойственная. Ведь, с одной стороны, мне полагается отвадить нашу Юнис от военной службы, а с другой — обаять её саму было бы совсем не вредно, а для этого, понятное дело, приходится потакать её капризам и делать всё, чтобы ей здесь понравилось. Вот такой выходит парадокс. Долго я искал варианты, как бы и того, и другого одновременно добиться, вот только не всегда хорошие идеи на ум приходили. Вот, например, с приветственным вечером я, может статься, перестарался. Пожалуй, нужно было поскромнее всё устроить, дескать, у нас здесь такие развлечения недоступны. Но как же, скажите на милость, я мог офицерам моим в празднике отказать? Да и невежливо это — родню, которую столько лет не видел, в гостях принимать и подобающего торжества не устроить. Что обо мне говорить-то стали бы? У нас здесь может и глушь, но доступ к определённым благам всё же имеется, если постараться.
